Отражение в окне

Оставалось только догадываться, чем он ей обязан, но, по-видимому, всем, что у него есть, как минимум.

– Заметано, – сказал он весело. – Заходи через пару недель проведать. Как его зовут?

– Понятия не имею. Четверть часа назад… познакомились.

Плохиша не смущало, что о нем говорят, будто он и не стоит рядом. Сейчас он только боялся, как бы Лена не сказала, как именно они познакомились. Также он понял, что только что за него решили его ближайшую судьбу, и еще он понял, что не посмеет никому здесь возразить.

Дядька хмыкнул:

– Значит, только что познакомились? Ну что ж, мне все ясно, не переживай, сделаем из него человека.

Потом снова повернулся к подростку и сказал твердо, но уже не устрашающе:

– Ладно, не боись. Не все так плохо. Не ты у меня от Ленуськи первый… – Он послал ей воздушный поцелуй, хотя до этого представить, что такой человек способен на подобный жест, было решительно невозможно. – …не ты последний. Будешь приходить сюда после уроков без опозданий, и мы с тобой подружимся.

Подросток поверил. Дядька продолжал:

– Меня зовут Герасим. Имя не настоящее, но я к нему привык. Меня так прозвали очень давно, потому что больше собак люблю только Ленку. И ты ее полюбишь, когда поймешь, что она для тебя сегодня сделала. Я не знаю, чем ты занимался до сих пор, и меня это не интересует, но раз она тебя привела ко мне, значит, не все гладко в твоей жизни. Как тебя зовут, мне пока фиолетово. Продержишься три дня – тогда я поверю, что ты не безнадежен, и познакомлюсь с тобой.

Подросток севшим голосом сказал «до свидания» и торопливо зашагал восвояси. Лена взяла руками руку Герасима, при этом обхватить смогла только два его пальца, и нежно сказала:

– Спасибо тебе, Гер, ты мне очень помогаешь. Надеюсь, он для тебя не проблема?

Богатырь поплыл, зарделся и смущенно ответил:

– Да что ты, такие пустяки. Ты же знаешь, что я тебе по гроб жизни… Да и от парня прок будет.

– Ладно, Гер, я опаздываю, так что побежала. Нагнись-ка!

Герасим послушно нагнулся, Лена его обняла и чмокнула в щеку. Он глупо хихикнул и сказал:

– Пока, Ленуська, если что, приводи еще школоту, всех перевоспитаем!

Герасим занимался дрессировкой и профилировался на собаках, превращенных людьми в самых опасных, злобных и яростных животных. Таких, с которыми предпочитают не возиться, а усыплять.