Адвокат ангелов

Первый собеседник – Алекс Волков – высокий, худощавый брюнет чуть моложе тридцати лет, с ярко-голубыми глазами, короткими, вьющимися волосами, немного впалыми щеками и легкой небритостью на лице, был одет в дорогой шерстяной костюм и черную рубашку с небрежно расстегнутым воротником.

По другую сторону стола, пристально изучая Алекса глазами, находился коренастый православный священник лет пятидесяти, с массивной челюстью, немного оттопыренными ушами, крючковатым носом, густой, но аккуратно подстриженной седой бородой и хмурым кареглазым взглядом.

Когда-то его звали Иваном Кантемировым, но это мирское имя уже давно осталось в прошлом. Теперь монашествующего священника называли Сергием. А если говорить точнее – Патриархом Московским и Всея Руси Сергием.

Приглашение посетить резиденцию новоизбранного главы Русской православной Церкви и обсудить перспективу сотрудничества поступило к Алексу несколько дней назад и сразу же пробудило в нем жгучий интерес. Он давно занимался пиар-технологиями, но никогда прежде не сталкивался с духовенством: как правило, услугами Алекса интересовались крупные промышленники и бизнесмены, чуть реже – политики и звезды шоу-бизнеса.

Новый, весьма необычный клиент раззадоривал его любопытство. Возможность работы на церковников показалась Алексу редким шансом выйти за пределы поднадоевшей зоны комфорта и опробовать накопленный годами профессиональный опыт и инструментарий в другой, абсолютно непривычной среде.

Патриарх Сергий смотрел на молодого собеседника с некоторым подозрением.

Первое впечатление еще ни разу не обманывало этого умудренного жизнью клирика. Сейчас он видел перед собой умного, энергичного, но очень нахального и самоуверенного молодого человека, который не лез за словом в карман и не стеснялся в выражениях. Хорошо это было или плохо? Добром ли был этот юноша, или нес с собой зло? И действительно ли церковь нуждалась в его услугах?

Пока что у Сергия был однозначный ответ только на последний вопрос.

– Церкви не нужно ничего, – твердо произнес он.

Предстоятель с неприятным чувством отметил, что сказанные слова прозвучали чересчур жестко и требовательно. С момента вступления в патриарший сан голос Сергия перестал казаться таким же спокойным и вселявшим доверие, как раньше, когда служил для исповедования прихожан и откровенных бесед с ними. За недолгое время речь Сергия стала грубой, угрожающей, безапелляционной – каковой и должна быть у человека, отдающего приказы и поручения.