Изначальные

Но прежде чем Сыч успел сделать ещё один вдох, падая, желтоглазый выпустил когти и в последнем, отчаянном порыве ударил Сыча по горлу.

Алая кровь хлынула безудержным потоком. Тело потяжелело, голова закружилась и Сыч упал навзничь в кучу палой листвы.

Эх, ма!

Он быстро зажал глубокую рану, – не время помирать, схватился за рукоять меч-сабли привстал на одно колено и попытался оценить обстановку.

Тени медленно приближались.

Тело Мура лежало рядом, только руку протяни. Его сумка, полная боевыми ампулами и сигнальными огнями чуть приоткрыта.

Сыч попытался встать, опёрся на меч-саблю но ослабевшие от потери крови ноги подкосились и он тут же рухнул в палую листву вновь. Щека ощутила приятную прохладу дикого леса.

Силы кончились.

Жаль.

Тонкий ветерок щекотал ноздри ночной прохладой. Там, за кронами деревьев —звёзды. Сыч всегда любил наблюдать за ночным небом. Случалось так, что он замечал как одна звезда из синей превращалась в красную или зелёную, а однажды…– мысли его уносились дальше и дальше…– однажды, стоя на краю Рубежа с южной стороны, он увидел падающую звезду.

Как ей хорошо – странствовать по небу, ни смерти, ни….стоп!

Рубеж.

Как я мог забыть!

Мой долг, моя цель – предупредить! Предостеречь!

Сыч резко открыл глаза.

Схватив сумку Мура, разведчик вынул одну нужную сигнальную ракету и воткнул в тлеющие угли.

Запал вспыхнул, осветив приближающиеся силуэты.

Руки дрожали, кровь фонтаном хлестала из открытой раны.

Три мига до старта длились словно вечность.

Но вот алое пламя, стремительным метеором, взметнулось ввысь, заставив окруживших разведчика врагов присесть от испуга.

Всё!

Сычрухнул на спину.

Теперь, пусть добивают…

Рука безвольно упала на полную сигнальными огнями сумку, охладевшее тело Мура лежало рядом.

Негоже его так оставлять, – промелькнула мысль, – Мур мальчишка совсем. Юнец.

Нет, – остановил себя Сыч, – он разведчик и тело его супостату не достанется! Не осквернится!

Уголёк от костра лежал совсем рядом, лёгкий ветерок, ровным порывом катнул его ещё ближе к раскрытой ладони Сыча.

Старые боги не забыли о своих сынах погибающих во тьме чуждого леса и Сыч возрадовался этому. Голой рукой он схватил раскалённый уголёк. Боли почти нет.

– Я иду к вам, Старые боги! ? шепнул Сыч и бросил уголёк в сумку.

Мощный взрыв сотряс тьму дикого леса.

*

Сим зорко вглядывался в тёмную даль южных джунглей, это его третья годовая вахта на стене и думается последняя.