Изначальные

По мере выхода из бухты, Твердислав любовался неприступной «Северной звездой», огромным приграничным бастионом. Высокие внешние стены оплота, в сорок локтей, ощетинились тысячами многозарядных баллист, по всему оборонительному периметру. Второй ряд стен возвышался над первым на десять локтей и служил точкой развертывания как дальнобойных, так и онагров ближнего боя, далее шли три цитадели и по центру высокая смотровая башня с сигнальными огнями, в мирное время используемая как навигационный маяк. Подобное, циклопичное сооружение словяне построили впервые, сейчас на подходе ещё два таких и оба на юге, оплот «Дальний» и «Росток».

Если северная цитадель защищала верфи «Морского владыки», где на стапелях строилось бо?льшая часть словянского флота, то южные оплоты возводились для купирования угроз брончан с финикийцами, то была задача «Дальнего», и пхазар со скифами это направление прикрывал «Росток», размещённый напротив входа в бескрайние поля.

Но все осталось далеко позади, обратив внимание, что к нему подошёл капитан корабля, которого по отбытию члены команды попросили не беспокоить, Слович поклонился и представился, протягивая руку.

– Твердислав, – великан аккуратно пожал княжью длань и ответил.

– Вельдемерикс, капитан этого корыта под названием «Совесть Катуя». Добро пожаловать на борт.

Твердислав искренне удивился, столь предвзятому отношению к подобному восхитительному творению инженерной мысли как догонг. У словян ещё не было пятипалубных кораблей, с разделяемыми герметичными переборками отсеками.

Этот догонг сто шагов в длину и тридцать вширь, на корме и центре трёхъярусные надстройки с каютами экипажа и пассажиров, пять палуб жёсткого корпуса использовались под грузы и такелаж. Мачты сборные из вековых сосен, по семь в связке, таким никакой ураганный ветер не страшен, паруса лепестковые, распускались по бортам и ориентированы сверху вниз а не вширь как на людских судах. А ещё, и об этом Твердислав узнал совершенно случайно, когда по приезду оправился по привычке вниз и спустился на вторую палубу, так вот там, у левого борта, находился странный круглый плавник, с пятью ластами, очень похож на цветок и имел механизм вывода наружу, за борт.

И вот это всё должно было двигать корабль при сложных парусах, так сказал один из матросов, когда Твердислав, между делом, поинтересовался о сути устройства. Потом, разумеется, заплутавшего пассажира спровадили в центральную надстройку, к каютам гостей.