Ужасы маминых каменоломен. Детская сказка для взрослых

А куда теперь спешить? Шёл, спотыкаясь о камни, а они перекатывались, звонко перестукиваясь лоб в лоб и недовольно между собою грумча. Что поделать? В каменоломнях всегда под ногами много камней. Время от времени он приостанавливался, прислушиваясь и тараща глаза в темноту. Вскоре крепи исчезли, штольня стала заметно уже, а потолок стал ниже. Впереди во мраке от стены к стене промелькнула еле различимая белая тень, Ванька вздрогнул и замер, испуганно озираясь по сторонам, а в темноте послышался лёгкий шорох. Да не тот шорох, который был от его шагов, а какой-то другой, отдельный, запоздалый.

Шшых-шрых. Ему даже показалось, что он услышал, как где-то тихо и одиноко упал камень. Опять-таки не от его шагов, а просто так, сам по себе. Глухо так: тук – и всё. Он снова настороженно замер, озираясь по сторонам. Нет. Всё тихо. Ничего. Померещилось. «Чур меня, чур!»

– Ладно, – снова начал шёпотом уговаривать себя мальчик. – Только гляну, что там впереди, а дальше не пойду, не полезу. И так уже смелый. Есть солдатики? Есть.

Забираю и домой. А нет, всё равно домой. Вот ещё немного пройду – и дальше ни шагу. А то опять поздно вернусь или, чего доброго, потеряюсь, и что тогда я скажу маме?

– Нехорошо будет, – продолжал он рассуждать на ходу. – Я же ей обещал. А так приду, ботинки помою, брюки почищу – и всё нормально. А врать не буду. Если всё нормально, то она и не спросит. Зачем тогда врать? А вот если я опоздаю, то тогда ври не ври, она всё увидит, да ещё и посмотрит на меня так, с укоризной, и скажет: «Нет тебе больше веры!» И что тогда?

Ваня задумался, пытаясь себе представить, что же ещё тогда, но больше ничего особенного представить себе не мог.

Только этот долгий-долгий материнский взгляд – и всё.

«Ну, что мне будет? Что? Да по большому счёту ничего. Ничего мне не будет, – начал он себя успокаивать. – Самое страшное – поставят в угол возле книжного шкафа. И что? Ну, книжку втихаря почитаю, ну, стыдно там будет – стыдно и всё».

«Просто стыдно, – как можно более безразлично пожал плечами мальчишка.

 – Зато, когда пацанам во дворе расскажу, все просто от зависти лопнут!»

Много света свеча не давала, и по большому счёту он шёл на ощупь, медленно ведя ладонью по холодной стене, то от нечего делать разглядывая бесформенные булыганы у себя под ногами, а то свои пальцы, скачущие по ребристому пыльному камню. Крохотный язычок пламени, словно камлая, плясал перед ним в темноте.

– Камлая… Это ещё откуда-то взялось… – бормотал на ходу Ваня.