Принцип обоснования

С того дня, как начал разрабатывать совершенно секретную тему «Воздействие».

Ведущий научный сотрудник прикрыл глаза и постарался немного подремать – сегодня ему предстоял ответственный и нелегкий день…

III

27.12.1981, 14.49, Москва, за полгода до описываемых событий

От того, что могучие, заснеженные, «кремлевские» ели плотно закрывали высокие окна просторного кабинета Директора Института, и без того короткий декабрьский день завершался в нем на полчаса раньше, чем ему следовало.

Трифонов сидел в глубоком, антикварном кресле напротив старинного, накрытого зеленым сукном, необъятных размеров директорского стола (не стол, а целый плац – хоть парады принимай) и терпеливо ждал.

Сам Директор, Белослав Олегович Кузнецов-Гончаров, не торопясь, позвякивая ключиком, заводил огромные, кремлевским же курантам под стать, напольные часы.

За окнами тихо падал новогодний почти, густой и белый, снег.

– Как продвигается ваша тема? – Спросил Директор, не отрываясь от часов. – Молекулярная биология, если не ошибаюсь?

– Да, проблемы синтеза ДНК-полимеразы в теломерах.

Шифр «Мафусаил»…

– Так-так… – Кузнецов-Гончаров отвлекся от своего занятия и впервые за все время, пока Трифонов находился в его кабинете, посмотрел на него. – Помню-помню. Концевая недорепликация. Старение организма… И что же, есть успехи?

– Я подготовил отчет, главная проблема…

– Да, это дело дня завтрашнего. Или послезавтрашнего… – Рассеянно глядя в окно на «кремлевские» ели, перебил его Директор.

 – Значит, «Мафусаил»…И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло… Вы не обращайте внимания, Сергей Вадимович, я в свое время отучился в семинарии…

– Да, прежнее еще не прошло, Белослав Олегович. – Ответил Трифонов. – Проблемы у нас, главным образом, технологического характера. По моим оценкам, результата стоит ждать еще лет десять-двенадцать.

– Вы ведь доктор наук, Сергей Вадимович? Член-корреспондент?

– Да.

– У самого Оловникова начинали?

– У него.

– А как вы думаете, может такая организация, как наш Институт, позволить отрывать от актуальных исследований такого сотрудника, как вы, на десять-двенадцать лет?

– Затрудняюсь ответить.

– Не скромничайте, не скромничайте. Все вы знаете, что ответить – что ковыряться в этих теломерах без скорой надежды на успех вам страсть как не хочется. А хочется вам, наверно, новую, тему, перспективную.