Уникум. Беллум

Но если гора не идет к Магомеду, то Магомед наклоняет эту гору.

Для подобной цели была выбрана самая большая из поваленных колонн. Подумать только, еще пару лет назад я бы с трудом ее поднял. А даже если бы смог, то собрал все что можно, пытаясь переместить ее из одного места в другое. Теперь же управляемый предмет из камня (для магии земли это было ключевым фактором) спокойно и довольно быстро оказался над головой драколича. Ну, как там говорится в анекдоте: «А вот твоя панама!»

Удар вышел превосходным во всех отношениях.

Конечно, бедолага не завопил от боли и не потерял сознание, придавленный колонной. Но его голова устремилась к земле быстрее, чем Байков к бесхозному торту, забытому на столе. Однако радоваться было рано.

В нахождении мертвым имелись свои плюсы. К примеру, магическое сознание, заключенное в артефакте, мгновенно реагировало на все опасности внешнего мира. Драколич сразу же стал сопротивляться, пытаясь поднять голову. Пришлось и мне включать все свои потаенные резервы, работая на износ.

Противостояние было неравным. Меня точно хватит на несколько десятков секунд, судя по тому, как быстро расходуется сила.

Однако необходимости в этом не было. За время нашего совместного существования мы с Чернышом научились не только общаться телепатически, но и понимать друг друга без слов.

Стоило костяной голове, не без моей помощи, прильнуть к земле, как Черныш огромным прыжком сократил дистанцию, оказавшись на расстоянии удара. Ну и, не будь дураком, воспользовался безотказным оружием – хвостом.

Послышался металлический скрежет, после чего гигантский мертвый дракон задрожал. Да, согласен, тут и правда прохладно. Самого вон озноб берет.

Внезапная «простуда» подействовала на драколича неожиданно жестко. Его кости в одно мгновение развалились, отделяясь от позвоночника, и подняли гигантскую волну пыли. Благо, я все еще находился в защитном пузыре, иначе бы раскашлялся.

Теневик стоял все в том же положении, помятый, израненный, с вытянутым хвостом-жалом, и жадно впитывал силу, хлынувшую из разрушенного артефакта.

Выходила она слишком быстро, не все Чернышу удавалось ухватить, но и этих «крох» было достаточно, чтобы насытить гордого и вечно голодного сына Иномирья.

Постепенно следы битвы на теле теневика принялись исчезать, как легкие царапины на машине после хорошей полировки. А сам он будто бы даже стал больше. Хотя вряд ли, это, скорее всего, игра воображения. Впрочем, чего нельзя было точно отрицать – теневик стал сильнее.