Вратарь. Книга третья

Тот, даже если заблуждается, делает это от чистого сердца. Если, конечно, он действительно неправ. К сожалению, очень скоро придется узнать, в ком из нас ереси больше.

Вратарей у донжона было, как грибов после дождя. Громковатый взрыв получился, да? Не переживайте, никто не пострадал. Пока. Я не мог объяснить своего состояния. Страх смешался с возбужденной деятельностью. Хотелось бежать, драться, кричать. И требовались неимоверные усилия, чтобы погасить свои эманации. А вот Рис, напротив, как и после каждого «обращения» в тварь, немного сникла.

Ей бы сейчас поесть той бурды, которую Братья для девушки наволокли в Ядро, и на боковую. Прости, покой нам только снится.

– Что там произошло?

Ворчун встречал нас чуть ли не у двери. И сразу таким неинтересным риторическим вопросом. Он сам знал ответ на него. Просто ему было необходимо подтверждение. Уму непостижимо, что Агонетет собирался делать с данной информацией. Но он ее получил. Арей рассказал все без утайки, в малейших подробностях.

Зря, конечно.

Я бы чуток приврал. Ну вот зачем он сболтнул, что открыл Чертоги добровольно? Свидетелей же нет. Точнее, со мной всегда можно договориться. Тем более когда речь идет о дружбе против Ворчуна. Но Арей не побоялся обрушить весь гнев Агонетета на себя. Вот так в одно мгновение и рушатся все авторитеты.

Если раньше присутствие бывшего главного Вратаря сдерживало Ворчуна, то теперь моего «любимого» Брата ничто не останавливало. Он ругался на чем свет стоит. Даже матерился. Впрочем, делал это так же скучно, каким был сам.

Ни одного нового слова в копилку моей матрицы. Пришлось вмешиваться:

– Брат, мы теряем время. Они скоро будут здесь.

Вообще я даже был готов, что Ворчун попытается меня четвертовать. Ничего, я привыкший. Просто не мог смотреть, как этот недотепа орет на Арея. Последний был для меня кем-то вроде постоянно оберегающего родного дядьки.

Однако Агонетет успел лишь сверкнуть глазами. Потому что в этот самый момент в донжон вбежал один из стражников, сверкая своей эманацией, как бегущие из бани в прорубь – задницами.

– Там! Там!..

Собственно, из конструктивного это было все. Видимо, Брат только перешел к изучению вратарского и начал с указательных местоимений. Странный выбор, но кто мы такие, чтобы его осуждать. Первым выскочил Агонетет, а следом за ним остальные. На северной стене уже собрались почти все Вратари, с тревогой глядя вдаль.

На замок надвигалась буря. Первая на моей памяти.