Я ухожу

Алиска, чего сидишь, сделай что-нибудь!

– Так я уже три раза ее останавливала. Она опять идти начинает. Я не понимаю, что это такое.

– Зато я прекрасно понимаю, – недовольно хмыкнула Бумажница. И тут же пробасила, явно передразнивая меня: – «Не переживай, я знаю, что делаю».

Ну да, ну да. В жизни каждого мужчины должна быть женщина, которая в самый трудный и неприятный момент скажет тебе: «Я же говорила!». У меня таких было с избытком.

– О, очнулшя, – на пороге появился Слепой. – Там Крыл прилетел.

Это же сколько времени я провалялся в отключке, если Рыжий успел прийти в себя и добраться до лагеря! Вот тебе и моргнул.

Чертовы артефакты!

– Ты отдохни, Шипаштый, – порекомендовал мне старик. – Никуда они от наш не денутшя.

– Нет, собираемся и выходим. Времени нет. – Я с сожалением посмотрел на чугунок и добавил: – Хорошо, едим, собираемся и выходим.

Глава 4

Я прислушивался к себе после каждого шага – не рубанет ли невидимый переключатель снова. Признаться, произошедшее меня довольно сильно напугало.

Как человек, привыкший к тому, что моя собственная жизнь зависит исключительно от навыков и умений, больше всего я опасался физической немощи. А если артефакты и дальше продолжат стремительно поглощать жизненную энергию с такой же прытью, все к этому придет.

Но и отступать от своего «херового» плана я не собирался. Потому что чем ближе мы подбирались к логову садистов, тем ближе подходили и к жрецам. И вот последних гавриков я чувствовал как родных детей. Семнадцать жрецов – именно столько особей собралось там.

Я ощущал движение каждого, и, казалось, даже слышал еле различимые разговоры. Более того, создавалось ощущение, что я могу предугадывать их действия. Вот этот сейчас развернется и пойдет обратно, тот зависнет на одном месте, словно о чем-то раздумывая. Артефакт прекрасно резонировал на остатках своего заряда.

Однако все это потом. В обозримом будущем. Сначала необходимо захватить базу сволочей. И надо торопиться. Не потому, что я могу выключиться в любую секунду, просто именно сейчас логово моральных уродов максимально незащищено.

Основная часть группы выдвинулась прочесать местность, где мы убили (хотя в данном случае освободили) пленных, и найти виноватых в побоище. Другими словами – нас. Причем это не особо сложное занятие – просто иди по следам сломанных заборов между участками. Именно так двигалась Громуша.

Мы же все продолжали пробираться через частный сектор. Ей-богу, словно по какой-то деревне идем.