Я ухожу

Тогда же из тылов, ломая на своем пути постройки частного сектора, выдвинулись дредноуты – самые толстые и неповоротливые из демонов, которых мы оставили в засаде.

Только тогда я и отпустил рвавшегося в бой Крыла, присоединившегося к союзной авиации. Перемахнула через стену Гром-Баба, тут же придав ускорение собственному внушительному телу. На этом наши полномочия в борьбе со снижением подростковой преступности были закончены. Слепой фигачил иглами от ворот, пытаясь попасть хоть в кого-то. Псих стрелял, потому что понимал: теперь от его крика пользы большой не будет.

Тем же, собственно, занимался и я.

К чести подростков, они не дрогнули и не обратились в бегство. Напротив, подались вперед. Я видел, как один из дредноутов неожиданно замер, словно его… заморозили. А всему виной посиневший пацан, с риском для собственной жизни коснувшийся демона. На смену ему пришло непонятное гуманоидоподобное существо с длинными то ли плетьми, то ли кнутами вместо рук. Правда, он лишь выглядел странно, а действовал вполне осмысленно.

Короткого взмаха хватило, чтобы наш дредноут перестал существовать не только как личность, но и как боевая единица. Плети разрезали его так же легко, как солдатский штык-нож – присланное из дома сало. Был Мятежник – и нет Мятежника. Обидно. А что самое главное, интересно, как они запросто и без всяких нервотрепок разобрались с демоном. Как в магазин за хлебом сходили, словно прежде только этим и занимались.

Один из обороняющихся неожиданно и вовсе разлетелся на части. Я было порадовался, что по нему бахнуло какое-то дьявольское оружие, однако хрен там плавал.

Несколько частей, бывших не так давно телом несчастного, превратились во что-то мерзкое и прилипли к одному из пролетающих демонов. И вдруг из этой неприятной субстанции вновь образовался тот самый пацан, только уже выхвативший из инвентаря обрезанное ружье и разрядивший оба патрона в голову летуну.

К моему несказанному удовольствию, недоросль не подумал о путях отхода, либо его превращение в липкую субстанцию требовало определенного времени.

Так или иначе, он плюхнулся вместе с поверженным демоном на дорогу, чуть подскочив на месте, где и затих окончательно, не предпринимая попыток подняться и продолжить воевать.

И вот это меня поразило больше всего. Непонятно, что именно было вбито в мозги пацанов. Но они продолжали сражаться, хотя их предводитель и оказался ликвидирован в самом начале боя. По моему опыту, личный состав, окруженный врагом, либо сдавался, либо отступал.