Привет из прошлого…

Я полностью опьянел, так как после каждой третьей стопки, выкуривал сигарету. В голову полезли мысли о том, что нужно написать письмо, своё последнее письмо, которое подведет итоговую черту моей жизни. К великому сожалению, ручки и бумаги в доме не оказалось и прекратив поиски, я принялся дальше опустошать очередную бутылку. За окном было уже совсем темно. Все двери нараспашку. Прямо напротив меня стояла панцирная кровать, на душке которой одиноко висела двухметровая веревка, которую я гипнотизировал взглядом.

Последняя выпитая стопка, выжатая из очередной бутылки, дала мне старт на свершение своей окончательной цели. Вдруг, откуда не возьмись в доме появился трупный запах, который охватил всю комнату. Только я закуриваю последнюю сигарету и беру веревку, как нечто, жутко холодное схватило меня за руку. Передо мной стоял человек, тень которого не отображалась от лампы.

– Эх ты, внучок! Что же ты удумал?

Вытаращив глаза, меня так парализовало, что я не мог даже крикнуть от страха.

А он продолжая смотреть мне в глаза, только гладил меня своей холодной, жилистой рукой, и говорил:

– Присаживайся! Есть разговор!

Падающие лучи света проявили его образ. Напротив, меня сидел молодой мужчина, в рваной и запачканной кровью военной форме. Его грудь украшал орден Боевого Красного Знамени. Лицо было так же в крови и иссечено мелкими осколками. От такой картины у меня пропал дар речи.

– Ты чего застыл? Садись, в ногах правды нет! – одним жестом указал мне на стул.

Я присел и не отрывая от него пьяного взгляда, сквозь текущие изо рта слюни спросил:

– А ты вообще кто такой? Что ты здесь делаешь?

С ухмылкой последовал ответ:

– А я пришел за тобой, Матвей! Помнишь, как у Есенина или у Пушкина? Я твой чёрный человек…

– Откуда ты меня знаешь? Нееет… ты очередной кошмар в моем сознании? – пробормотал я, хлопая себя по щекам.

– Напрасно, напрасно! Я никуда не исчезну!

Этот некто смотрел на меня довольно пристально, после чего полез в свой правый нагрудный карман и достал оттуда маленькую книжечку.

На лицевой стороне её, еле-еле виднелись буквы, из которых можно было понять слово – партбилет.

Развернув его партийный билет, я с горем пополам прочитал содержание. И чёрт побери, там было написано, что данный билет принадлежит Лёвкину Евгению Федоровичу. Остальное было не читаемо, из-за кровяных пятен и дыр от осколков.

– Это после ранения, не обращай внимания! – вдруг пояснил он.