Принц Джованни из города Альба Лонга

«Я, Патриция, – девочка молчала и широко открытыми глазами смотрела на Амелия, ничего не могла понять из того, что он здесь говорил этому плохому дяденьке, но услышала слово – «опасная», и повторила про себя: – я опасная, это что? – И затем снова промолвила, чуть шевеля губами: – Патриция, Патриция!»

Амелий в то же время и тем же голосом продолжал:

– Нет желания убивать ее, но я никогда не хочу больше слышать о ней и не хочу даже знать – где она находится! И никто, ни один человек не должен иметь понятия о том, что девчонка вообще жива! А чтобы так и было на самом деле, ты увезешь Патрицию и спрячешь от людских глаз: в тайном месте – в храме Троянской Весты[5 - Храм Троянской Весты – по преданию поклонению культу Весты (Весталии) – богини, покровительницы семейного очага – научил латинов мифический троянский предок Эней.

]

города Лавиниума[6 - Лавиниум – древний город в Лации; по преданию был построен Энеем или Латином (эпоним латинян) и получил свое название в честь Лавинии, дочери Латина.

]

. Передашь ее в руки Великой весталки[7 - Жрицы-весталки – в их обязанности входило поддержание священного огня в храме Троянской Весты. Старшая из них называлась – Великая весталка.]

, и пусть ей обрежут волосы, оденут как всех жриц-весталок во все белое и нарекут другим именем. Запомни Джино, – говорил Амелий, – этой милой девочке сейчас три года, а весталок в шесть лет посвящают в новые обязанности: соблюдать чистоту храма и главное – следить за Троянским очагом.

Но то, что я скажу тебе дальше, останется строго между мной и тобой! Это знать будешь только ты Джино, один! Понял?

– Да, я понял, сделаю все, как вы велите, мой Повелитель!

Джино встал на колени в знак своей рабской покорности. А Правитель города Альба Лонга, еще немного понизив тон своего голоса, продолжал:

– Если Патрицию посвятят в весталки, она станет неприкосновенной.

Этого допустить нельзя! Потому мы сделаем так: отвезешь ее сегодня под покровом ночи, как я говорил, в храм города Лавиниума. Весталки не должны знать, чья она дочь, не должны знать, как ее зовут с рождения, и за нее Великая весталка отвечает своей жизнью. Через три года, когда ей исполнится шесть лет, мы поступим следующим образом: ты, Джино, заберешь девочку из храма Троянской Весты.