Мимоходом

Это я Вам авторитетно заявляю!

Доктор встал со своего кресла, прошелся по кабинету, вернулся за стол:

– А не выпить ли нам кофе с коньяком? Или на работе алкоголь Вам употреблять нельзя?

– С вами можно! И начальнику об этом расскажу, пусть умрет от зависти, с кем мне довелось выпить!

Через десять минут мы уже расположились в другом, более уютном кабинете, за низким столиком в более удобных креслах. На столе благоухало кофе в небольших фарфоровых чашечках, а посредине стола стояли рюмки и бутылка молдавского коньяка в оригинальном деревянном саркофаге.

Доктор быстрыми движениями освободил бутылку из саркофага:

– Вам в кофе или, как я – не смешивая вкусовые свойства?

– Как Вы!

– Павел Дмитриевич, а что представляют собой жертвы?

– Четыре студентки и одна оператор газовой заправки. Закономерностей между жертвами нет, мы все тщательно проверили. Все проверили Лазарь Иосифович, и круг знакомых и проведения досуга, увлечения, предметы одежды, внешность, все, как Вы нас учили.

Закономерности отсутствуют.

– Вампир, значит, у нас завелся? В сказки, легенды и мистику я не верю.

Кровь пьет? Было такое, Джумагалиев пил кровь жертв. Кстати, где он сейчас? СССР распался, какова его судьба. Если я еще живой, он наверняка.

Но, он не только пил кровь он и ел. Каннибалов много было, а вот кровопийц не было – факт.

Евсеев – убийца женщин в красном, Гусаков – убийца студенток, Цюман – убийца женщин в черных колготках, Да, что я Вам их всех перечисляю, Вам ли это не знать.

Во всех серийных преступлениях налицо определенные закономерности, если Вы их не установили, продолжайте искать, они должны быть!

Но, я может быть и не прав, в каждом правиле есть исключение.

Давайте же, наконец, с Вами выпьем! Коньяк в небольших дозах это лекарство, я его употребляю с аспирантуры, наверное, поэтому еще и жив!

Будем здоровы!

После глотка кофе, последующего за коньяком он продолжил:

– Сейчас бы побыть на местах преступлений, побеседовать с судебно-медицинским экспертом! Но, увы, ноги, мои ноги, артроз, больше двадцати шагов сделать не могу.

Вот судьба, уже стукнуло 85 лет, голова, как у аспиранта, а ноги не ходят! – он засмеялся, затем лицо его стало серьезно.

А бывает и наоборот!

Вы знаете, что я думаю, он может не быть у нас на учете! Больные к нам попадают, как правило, по решению суда, при совершении преступления, либо при совершении попытки суицида. Все остальные ходят среди нас.