Мединститут

Программа сегодняшнего дня была всеми выполнена. Ждали Самарцева для заключительного слова, после которого он обычно распускал группу.

Гинекологи уже разбежались, Надя и Галя были сейчас единствеными «пришельцами». Винниченко сидела уже с собранной сумкой и ждала подругу. Она сделала еле заметное движение бровями в сторону вошедшего Говорова. Берестова усмехнулась в ответ и начала снимать со стула свою сумку.

На её стуле уже сидел и дремал небритый Булгаков, так что пришлось его потревожить. Проснувшись, Антон мутно взглянул на Надю, подвинулся и дал ей снять сумку.

Девушки уже собрались выйти, но тут как раз вернулся доцент, сел на своё место, не заметив их. Хирурги мигом притихли и уставились на преподавателя.

XIII

«Партийным организациям следует обратить особое внимание на развитие в вузах, в преподавательской среде критики и самокритики, гласности. Здесь этот процесс явно заторможен. XXVII съезд КПСС провозгласил: ни одной организации, ни одного руководителя не должно быть вне контроля, вне критики»

– Ну что, доктора, подведём итоги, – проговорил Аркдий Маркович, открывая свой преподавательский кондуитик.

 – Все здесь? Итак, ещё один день закончился…

Момент для ухода стал неудобен, и Винниченко с Берестовой пришлось тоже сесть на свободные места.

– К сожалению, сегодняшний день не относится к числу удачных. Для меня, во всяком случае. В операционной произошёл один неприятный инцидент… – Самарцев сделал паузу и оглядел группу. Обеих гинекологов он почему-то не замечал.

Видимо, в его сознании они уже слились с хирургами.

– Скажите, Булгаков… нет, сначала ответьте, почему вы не присутствовали здесь утром?

– Утром? – почувствовал неприятное Антон. – Присутствовал. Все подтвердят. Я только вас не смог дождаться, подавал больную.

– Так. А на операцию с Ломоносовым вы помылись?

– Я помылся.

– А что произошло между вами и Петром Егоровичем?

– Да так… ничего особенного… – замялся студент. – Виктор Иванович заранее взял меня в ассистенты, велел подать больную, к его приходу её уложить и подготовить операционное поле.

Этим я и занимался, когда пришёл Пётр Егорович, начал на меня кричать и прогонять. Я понял так, что он не доволен тем, что Виктор Иванович взял в ассистенты именно меня. Вот и всё…

– А мне Пётр Егорович сказал, что вы ему грубили и отказались подчиняться.

– Я ему не грубил. Вообще я выполнял распоряжение оперирующего хирурга.

Самарцев вздохнул, встал из-за стола.