На самом деле

– Юр, ты лучше скажи – что делать сейчас будем? В лес пойдем или как?

Он посмотрел на часы: возвращаться обратно было поздно. Предлагал же всем выезжать с самого утра. Нет, возились, как обычно, до самого обеда. А теперь уже ни автобуса не будет до утра, ни электрички. И в лес на ночь глядя…

– Ну, устроимся тут пока. Как-нибудь…

…

«Как-нибудь» получилось только у того же деда, который будто и ждал их за дверью, когда они примут решение. В дом никого не пустил. Даже девчонок. Хмурился и не понимал намеков.

А сарай во дворе на задах открыл. Внутри пахло старым сеном и сухим деревом. В узкое незастекленное окно под самой крышей вливался свежий воздух. И комары.

– Вам тут места хватит?

– Да, спасибо! Все же не в лесу…

– Ну, и ладно тогда, – отвернулся и ушел в дом.

…

Ужинали всухомятку, не рискнув разводить во дворе костер. В дом к печке уже не просились. Дед смотрел на них злобно и бурчал что-то нецензурное про «дезертиров» и «мамкиных вояк».

Над лесом поблескивали зарницы.

Накатывался гул. Иногда вздрагивал пол, как в тех домах, которые стоят над линией метро.

– Да какая тут война, что вы! – переговаривались мальчишки. – Теперешняя война такая: ракетой бумкнут, и сразу – тишина. И все. А потом десантники пройдут, зачистят быстренько. А тут – вон как гремит. К дождю, наверное. В степи так бывает. Вроде, небо чистое, вызвездило, только полыхает где-то вдали. А потом как грянет!

– Да какая же тут степь? Вон же лес!

– Так, а за лесом тебе что? Конечно, степь.

Там и грохочет, значит.

С тем и уснули, разделившись: девочки – налево, мальчики – направо.

…

– Эй, вставайте! – разбудил их стук в ночи. – Было полбеды, да теперь вся беда. И мчится уже к нам помощь, да где еще она? А нам бы вот только ночь простоять, да день продержаться. Ну, есть еще хоть кто живой? Ночь бы нам, да день…

Спали, как были, в камуфляже, по-походному. Поэтому выбрались из сарая быстро. Перед высоким военным стоял навытяжку старик. «Ел глазами», выкатывал грудь.

– Я всегда готов!

– Нет, дед. Твое время уже прошло. А вот постояльцы твои… Эх, хороши! Ну, что, поможете своим?

– А вы кто такой?

– Да я сам местный. Тутошний. Меня, вон, дед Пахом в детстве не раз крапивой стегал…

– А нечего за чужими-то яблоками! – тут же сварливо откликнулся старик.

– Вот. А теперь я – там, – махнул военный рукой в сторону далекого гула. – Нам там совсем тесно. Просто никак уже. Нам бы людей, хоть сколько.