Обыкновенные люди

Тот тоже немного подвинулся и, наконец, совсем тихо, едва шевеля губами, произнес:

– Нет никакого «музыкального посмертия».

– Что? – чуть в голос не озвучила Женя. – А как же…

– Тшш! – запретительный воздух в запретительный палец.

Женя виновато замолчала, показав, как невидимой молнией застегивает видимый рот.

– Я пою, потому что хочу петь.

– Правда? – шепотом спросила Женя, глядя в его карие глаза.

Тот кивнул.

– Разве может что-то остановить слово, которое хочет, чтобы его сказали? Даже Она, – он почесал подбородок.

 – Вот я и решил немного задержаться и продолжать шоу. Ведь пока я продолжаю петь, те, кто меня слушают, меня услышат, – усы добродушно улыбнулись. – Что же еще нужно музыканту?

– То есть вы можете уйти в любую минуту? – повеселев, спросила Женя.

– Да, некоторые так и поступили, – произнес мужичок в жакете.

Женя задумалась.

– Так это что получается, я ни в чем не виновата? Это не из-за меня вы все еще здесь?

– Неа, – покачал он головой. – Не из-за тебя.

Я здесь не потому, что ты слушаешь мои песни, я здесь потому, что я хочу петь для тебя. Знаешь ли, есть большая разница между тем, чтобы петь из-за кого-то, и тем, чтобы петь для.

– Но тогда почему? Почему она мне сказала… – спросила Женя.

– Кто знает? – развел усами мужичок. – Возможно, она просто бесится, что еще остается кое-что, что ей не подвластно. Но только тшшш! Никому!

– Значит… я была права.

– Да, – улыбнулся мужичок. – Я всегда пел для людей по своей воле. Сама подумай, разве можно петь против? Какими бы тогда были мои песни? И что бы тогда чувствовала ты, слушая их? Нет, – усмехнулись усы.

 – Пение – не проклятие, пение – дар, который объединяет жизни. И еще, – вдруг, точно между прочим, добавил он, задумчиво подняв взгляд. – Никогда не молчи, когда кто-то хочет слушать. Людям порой нужны песни. Даже один голос может спасти жизнь. А если голос может спасти больше, то этот голос просто не может молчать. Так что помогай своим слушателям, даже если они далеко от тебя, хорошо? – подмигнул хозяин усов.

– Хорошо, – кивнула Женя.

– Ну, что же… – закончил он, глядя на ожидание магнитофонов. – Кажется, мне пора на плакат. Кажется, я еще кому-то нужен. Обо мне еще не забыли. И если мои слова еще помогают кому-то, я продолжу их петь. Столько сколько потребуется. Для всех. И для тебя. Знаешь, петь для людей – для меня это уже лучший рай из возможных! – улыбнулся сверкающий человек.

– Извините, – виновато произнесла Женя.