Даша по имени Ангел

А теперь отлежится пару часиков, и жар как рукой снимет.

Землянин кивнул.

– Я сказала «отлежится», – мурлыкнула Рина, словно продолжая обращаться к девочке.

– Ты… будешь рядом? – робко спросила та.

– Да, если так спокойней, – ответил Землянин.

Рина видела, как нехотя отпустила его Дашенька, и как Землянин тихо радовался, что его «наконец-то оставили в покое».

– Здравствуй, деточка, – проворковала доктор.

– Здравствуйте барыня, – ответил ребёнок.

– Давай условимся: мы с тобой как будто бы сёстры.

Ладно, сестричка?

– Так уж и быть…

«Невероятно затюканный ребёнок, – отметила про себя доктор, – впрочем, так оно и предполагалось». Даша статуей стояла у входа, и Рине стоило немалых трудов убедить её, что здесь (хотя бы здесь!) она может чувствовать себя свободнее. Ни о каком обследовании речи быть не могло, но в какой-то момент, когда в девочке на мгновение пробудилась священная искорка интереса, Даша удостоверилась, что и в Рининой груди тоже имеется сердце. Потом она проверила, как слышится его стук в трубочках стетоскопа, потом его послушала Рина…

Через полчаса она знала, что у девочки острый глаз, нормальное давление и ясный (хоть и закомплексованный пока что) разум.

В принципе, с учётом стандартного восстановления, дитя не нуждалось в немедленном врачебном вмешательстве, да и лёд комплексов начинал уже потихонечку таять.

Вскоре они вышли – подруги с более чем двукратной разницей в возрасте. Раньше у Дашеньки не было столь взрослой подруги, но с Риной было как-то спокойно.

Непривычно спокойно.

– Сестрица Рина, – оглянувшись, произнесла девочка, – а братец Землянин… ушёл?

– Сама просила потолпиться… – буркнул Землянин – Рин, я возьму твой «пепелац» на обслуживание?

– Ку, – рассмеялась доктор, – кстати, где ты? Попрощаешься с Дашенькой, а то скоро малышке спать пора будет?

– Слава Коккинаки! – пробурчал, вылезая из-под электроприёмника, базовец. Гаечный ключ поискал себе место и звякнул о братьев в кармане.

Рина видела, как Дашенька обняла его: словно боясь потерять, словно отпустит – и он растворится, как очертания облака.

Взгляды доктора и механика встретились.

– Она здорова, так что я не могу приказать ей остаться, – одними губами прошептала Рина.

– Ну ё… – Зем посмотрел на девочку, на заляпанные плазмоизолом ладони… и аккуратно, стараясь не запачкать, обнял – ну йогуртами хоть кормить можно?

– Ей можно всё кроме твоей любимой «синтетики» – отозвалась Рина.