Комнаты страха

Бабушка повернулась на своей вытянутой шее и призывно протянула ко мне руки. Поднялся и мужчина с половиной головы со стула и пошел ко мне. По ним было видно, что с жизнью они расстались очень давно. Меня с головы до пят окатило ледяной волной ужаса. Темные склизкие пальцы со спадающими ногтями, тянувшиеся ко мне, были омерзительны, но веревка не давала телу бабушки приблизиться ко мне. А от мужчины с половиной головы и темным невидящим глазом стоило спасаться бегством, и немедленно. Я рванулся на веранду к входной двери и уперся в неё.

Она не открылась ни на сантиметр. Кто-то словно держал её с той стороны.

Паника охватила меня полностью, голова не работала, отказываясь воспринимать то, чего не должно быть, но в теле включился механизм самосохранения. Поднырнув под цепкую руку мертвеца и не обращая внимания ни на давящий на уши шепот, ни на открывающуюся крышку подпола, из-под которой начало выползать что-то ещё более отвратительное, я проскочил в зал. Выбежав в центр зала, я швырнул тяжелую тумбочку в переплет небольшого окна и под звон рассыпающегося стекла вывалился наружу, сильно порезав при этом плечо.

Однако палисадник не был спасением, из окна дома потянулся черный дым с зеленоватыми искорками, обволок мне ноги и стал подниматься выше. Я хотел сделать хотя бы шаг, но вяз, словно в болоте.

– «Мы ждали тебя, Максим… Вернись к бабушке…», – холодный шепот проник в мою голову и позвал меня обратно в дом, полный зла.

К своему ужасу я ничего не мог поделать, мое тело само развернулось и зашагало в сторону входной двери.

Черный пес, напугавший меня утром, молча стоял, поблескивая желтыми глазами. Если бы собака могла дьявольски улыбаться, то именно этим выражением можно было описать, как выглядела её клыкастая пасть. Меня спас сильный порыв свежего ветра, невесть откуда взявшийся и развеявший опутывающий меня дым. Голова вмиг прояснилась, и я пустился наутек. Я ещё никогда в жизни так не бегал. Вбежал во двор услышавшей шум соседки за какие-то пару секунд. Долго не мог отдышаться, пока она не плеснула мне в лицо холодной водой.

– Говорила же тебе, не ночуй там. Вот молодежь неслухмяная … – причитала надо мной бабка, – Тут, почитай, человек пять за последние лет десять пропало в деревне, и все тут на твою Нину грешат. И участковый пропал наш, Фёдор. Такой парень был замечательный! Говорила я ему не лезть в это – всё вокруг дома вашего ходил да вынюхивал.

Я молчал, переваривая то, что она говорила.