Ланиакея

Недопонимание и неправильное произношение впоследствии в скором времени стали поводом для шуток друг над другом.

Клэр задумалась. Дядя перебирал свои тетрадки, делал записи, сверялся, что-то считал. Клэр хотелось ещё задавать вопросы, но он жестом её остановил, мол, занят, не мешай. Ей стало скучно, она оделась и пошла на улицу понаблюдать за Нептуном.

Нептун переместился ближе к противоположному восходу горизонту и сильно уменьшился в размере – стал меньше Луны на Земле. Похоже было, что скоро наступит закат.

Вокруг сгустились тёмные сумерки, почти ночь. Как же всё тут странно устроено! Клэр так и не смогла определить примерные размеры корабля. Все её усилия по перемещению от дома неизменно заканчивались возле него. Самый длинный путь занимал около 30 минут. Клэр подумала, что за полчаса она пробегает трусцой не более 3 миль. Значит, вся доступная область – не более мили в диаметре. При этом сила тяжести ощущалась вполне земная. «Гравитационный двигатель или прибор, создающий гравитацию, – думала она.  – Если я тут нахожусь четыре недели… а если не четыре? Сколько я пролежала без сознания? – Клэр была штурманом, и ей хотелось решить эту штурманскую задачку. – Свет сюда идёт четыре часа, как говорил Дядя. Мы долетели за месяц… м-м-м… возьму для ровного счёта сорок дней. То, что свет проходит за один час, мы летели 10 дней. 24 часа на 10 дней, итого 240 часов, – Клэр отломила веточку и на снегу записала цифру. – Получается, что наша средняя скорость была в 240 раз меньше скорости света», – Клэр поймала себя на том, что не знает скорости света. Нептун пошёл к закату. У Клэр от мороза защипало щёки, и она вернулась в дом.

– Нептун уже на закате, – сказала она Дяде.

Тот опять улыбнулся, подумал и ответил:

– Неплохо бы нам поужинать, и пора отдыхать. Ты не против пиццы?

– У тебя есть пицца? – удивилась Клэр.

– Нет, но у нас есть все ингредиенты. Сделаем.

Дядя пребывал в хорошем расположении духа. Они устроились на кухне, он начал готовить, подшучивая над Клэр.

Она смеялась и с удовольствием наблюдала за его ловкими движениями. Как-то между делом выяснилось, что Дядя ничего не имеет против музыки, и, более того, она у него есть. Он достал с полки пустую тетрадку, немного с ней поколдовал и показал Клэр, как искать нужную музыку, записывая названия в этой тетрадке, а также как её воспроизвести. Мелодия, как и свет в доме, полилась ниоткуда. Клэр постепенно оценила шарм управления тетрадкой с помощью пера.