Певец. Фэнтези

Анн старался пропускать мимо ушей его выпады, чем только сильнее злил. Смели смотрел на него, как на слабака, не осмеливающегося дать сдачи. И всё большей становилась его злоба из-за дружбы Анна и Нель.

– Ты другой, вот он и злится, – сказала ему Нель.

– Но ведь я никогда не говорил ему ничего обидного, – с горечью отвечал Анн.

– А тебе и не нужно этого делать. Просто он не любит тех, кто не похож на него. У тебя ведь даже волосы другие – тёмные. А мы здесь почти все – светленькие.

Анн позже спросил у матери, правда ли, что он – другой.

Она почему-то побледнела – так, что он даже испугался. Бросился к ней, но мать сделала успокаивающий жест: всё нормально, случайная дурнота нахлынула, вот уже прошло…

Анн усадил её в плетёное кресло-качалку у окна – предмет вечной зависти односельчан. Эту роскошь подарил отцу богатый землевладелец в западных краях. Отец размечал у него охотничьи угодья.

– Мне сегодня Нель сказала, что я отличаюсь от других ребят, поэтому они плохо ко мне относятся.

И волосы у меня другие.

– А что ещё она тебе сказала?

– Что люди не любят таких, как я.

– Да, в их глазах ты – белоручка, – с облегчением сказала мать. – Они любят свою землю, трудятся на ней не по принужденью, а для себя, но ты, сделавшись землемером, станешь зарабатывать больше их. И ты не будешь выходить на работы в холод и дождь. Они сравнивают и завидуют.

– А почему мы не крестьяне? – вдруг спросил Анн.

– Так у нас же и не было никогда земельных наделов, – сказала мать.

 – Мы приехали сюда и купили этот дом, потому что здесь спокойно. Было спокойно, – поправилась она, – до стригеса.

– А почему не поселились в Римоне?

– У нас не хватило денег, чтобы купить там жилище. Да и не нравится мне городской быт. И отцу твоему не нравился. Здесь лучше, тише, чище.

– А почему вы уехали из прежних мест?

– Когда-нибудь расскажу тебе, – ушла от ответа мать. – А пока подложи мне вон ту подушечку под голову, я немного отдохну.

Мать в последние месяцы сильно уставала.

Женщины Берёзового Дола стирали и полоскали бельё в реке, выходя на деревянные мостки, устроенные чуть выше пристани. Многие не хотели студить руки в холодной воде. И тогда бельё отдавали матери Анна, которая трудилась вместо них за несколько маленьких монеток. Анн, как мог, помогал ей, принося и относя тяжёлые корзины с чужими тряпками. Поднимаясь в очередной раз от реки в гору, он почти всегда думал о том, что скоро всё переменится.