Клеймёный

Тут каждый скажет, что я все это время тихо, спокойно кушал за своим столом. Я к твоему парню даже на шаг не приближался. Если ты хочешь меня обвинить, то вот он я.

– Это твои люди! Ты приказал?! – паровозом дышал Гривер Дыкрик.

Глаза его налились кровью, а грудь ходила ходуном. Он сжимал кулаки и разжимал, пытаясь успокоиться.

– У меня нет людей. О чем ты? Я никому ничего не приказывал. Даже обидно такое слышать. Я думал, мы вместе решаем общие вопросы. А тут такие подозрения. Если кто-то и не поделил с парнем что-то, то я тут при чем.

Я задницу ребятам не подтираю. Я им не мамочка. Они сами за себя все решают. Мы, конечно, найдем виновного и накажем по всей строгости. Но я жду, чтобы ты извинился передо мной. Нельзя просто бросить в лицо обвинения и остаться чистеньким.

Неизвестно, чем бы закончилось это противостояние, если бы в столовой не показалась команда Билли Везунчика. Появление «хлыстов» мигом остудило толпу. Люди рассосались по своим местам.

«Хлысты», не церемонясь, скрутили щербатого мужика с острой дьявольской бородкой и выволокли из столовой. Больше его никто не видел. Потом забрали тело бедолаги.

Жизнь потекла своим чередом. Но Дырокол и Гривер Дыкрик больше не ужинали вместе и перестали разговаривать. Между ними выросла стена льда, которую рано или поздно должно было прорвать.

Глава 9. Первое погружение

В «Проходчике» было жарко, как в парилке, несмотря на работающую систему кондиционирования.

Вероятно, когда-то в робоскафандре стояла свежая система, которая справлялась с нагрузками «донной» работы, но с годами она износилась и работала со сбоями. И это никого не волновало, кроме оператора. Ему приходилось мучиться от жары и обтекать потом, который стекал по спине в трусы, заливал глаза, мешая работе.

Давыдов пробовал жаловаться бригадирам, но Иван Демьянов и Мартин Шу даже слушать его не стали, состроили такое жуткое лицо, что Илья понял, настаивать себе дороже.

Инвар Роб был более дружелюбен. Он ответил:

– Кому какое дело. Вы – мусор. Сдохнете, ваше место займет другой. А «Проходчика» ремонтировать будут, только если он окончательно встанет.

После этих слов сразу все встало на свои места. Давыдов больше не искал справедливости у бригадиров. Не работает кондиционер, так они вроде и не на курорте с бокалом бурбона да длинноногой красоткой под боком, перетерпим, выкрутимся.