Отчаянные

 – Я у себя дома. Вчера завалился домой. Много продуктов. Кажется, виски было. Я встретил кого-то. Кто-то ко мне пришел. Не помню кто.

– Уже лучше, – кивнул Виктор Степанович. – А что-нибудь еще есть?

– Это что? Я так нажрался, что ли? На меня совсем не похоже. Кажется, пора в себе разочаровываться. Самое время, – сокрушенно вздохнул я.

– Если и нажрался, то виски к этому не имеет никакого отношения. Бутылка целая, неоткрытая на кухне стоит.

– Плохо. Виски нормальное, с него я бы себя так хреново не чувствовал.

Виктор Степаныч, а чего вы все ко мне таким гуртом завалились, еще и аппаратуры натащили. Неужели меня от похмелья лечить или из запоя вытаскивать? Последнее точно еще рано. Нельзя вытаскивать оттуда, куда я еще не провалился.

– Ну, если пытаешься шутить, хотя и хреново получается, то, Слава Всем Светлым, не все еще потеряно. Ты лучше, Ардов, вспомнить попытайся, кто к тебе пришел? Важно это. Очень важно.

Выражение лица у шефа было донельзя серьезное. С таким лицом на охоту ходят да шпионов допрашивают.

Кажется, что-то серьезно хреновое случилось, и, видно, я в этом виноват. Правда, хоть убейте, ничего не помню.

Прежде чем ответить, а для того чтобы ответить, надо знать ответ, я окинул взглядом разгуливающих по моему жилью людей. Столько знакомых лиц, но кое-кого мне все же не хватало.

– А где Балу? – спросил я.

– Хрен его знает. Два дня как пропал, на связь не выходит, в офисе не появляется, – рассеянно ответил Виктор Степанович.

Чувствовалось, что судьба Балу его мало волнует.

– То есть как два дня. Фигня какая-то. Я с ним вчера разговаривал, даже встречался. Он потом в офис поехал, – ковыряясь в памяти, заметил я.

– Серьезно тебя, Ардов, по голове шарахнули. Ты два дня как пропал. В отключке провалялся. Мы тебя только сегодня нашли. Думали сперва, загулял. Не придали этому значения. Вроде аврала нет. А тут я Барта к тебе отправил. Не порядок это, два дня филонить. Барт воспользовался своими навыками, в хату проник, а тут это.

Жуть. Так что тебя на два дня раскатало, аккурат столько и Балу нет.

– Хрень какая-то, – оценил я услышанное и тут же поделился жалобой. – Остро хочется выпить, так что сейчас стошнит.

– Не уверен, что это тебе сейчас поможет, – скептически осмотрел меня Виктор Степанович, затем перевел взгляд куда-то за спину. – Барт, сходи на кухню, сделай ему ромашкового чая. Пусть желудок согреет.

Барт поспешил исполнить просьбу шефа.