Отчаянные

Наша служба и опасна и трудна, но мы не разделяем людей и нелюдей. Наш штат набран из представителей всех торговых домов и концернов, которые работают на бирже. Основную роль играют земляне, поскольку именно на нашей территории расположена биржа и все торговые представительства ее участников-игроков.

Барта внешне ничем не отличить от землянина. Он такой же человек, как и я, только у него два сердца, сложная система мировосприятия и свой, особый этический кодекс, в котором мало кто разбирался, кроме равенцев.

Наша контора одно из тех мест на Земле, где иномиряне могут ходить без «паранджи».

«Паранджа» – маскирующее устройство, позволяющее любому иномирянину жить среди людей, какой бы причудливой и чужой не была его внешность. Правда равенцам «паранджа» не нужна.

– Семен, ну наконец-то, где тебя черти носили. Голиаф у нас уже больше часа сидит, и с каждой минутой настроение у него портится.

– Генерал где? – спросил я.

Общаться с Голиафом лучше всего, заручившись поддержкой пары шкафов-оперативников, а кто как не Генералов может мне в этом помочь.

К тому же именно он испортил мне выходной, пусть заглаживает вину.

– Сидит с тремя крепышами в соседнем офисе и отслеживает ситуацию.

– Что хочет Голиаф? – настороженно спросил я.

Лучше заранее узнать подробности и подготовиться ко всему, чем выглядеть глупо в глазах голиафянина, когда его требования поставят меня в тупик.

– Точно не скажу, но у него какая-то заява. И вид весьма недовольный.

– Генерал говорил, что они пытаются заявить о проникновении на территорию их торгпредства?

– Что-то такое слышал, – кивнул Барт и нахмурился.

 – Во всем виноват торговый дом обвелианн. Они увели у Голиафа из-под носа выгодный контракт, а те убеждены, что обвелианне сыграли нечестно и где-то кому-то сунули. Думаю, что доказательств у них на грош и медную копеечку, но сражаться будут до последнего.

– Твою же мать, и за что мне все это? – тяжело вздохнул я.

В переговорную, где меня дожидался Голиаф, идти совсем не хотелось, но и спихнуть эту задачу просто не на кого.

Шеф еще три дня назад укатил в командировку и прихватил с собой пяток лучших оперативников. Так что как хочешь, Семен, так и пляши. Хочешь в гопак иди, хочешь сиртаки с кинжалами откаблучивай. Вся надежда на меня. За нами Москва и вся планета. Отступать некуда. Гореть, так гореть.

Мы прошли длинным белым коридором, по стенам которого висели картины сюрреалистов. Безусловно, копии. Были тут и Магритт, и Дали, и Саавегро.