Уэллс. Горький ветер

Граф Бекетов предлагал услуги по таможенному оформлению, намекал, что у него среди чиновников есть своя хорошая рука, которая за скромное, но в пределах разумного вознаграждение поможет все сделать быстро и без пристального досмотра со стороны официальных лиц. Граф Строганов предлагал организовать переговоры с закупщиками Императорского двора с гарантированным контрактом на поставки, за эту услугу также требовалось поделиться золотыми монетами.

Жизнь завертела меня в своем вихре, и вскоре я уже настолько привык к образу чайного дельца, что сам поверил в него.

Меня выдернули из России неожиданно. Я уже думал, врасту в эти болота, обзаведусь женой, домом и детьми. Была одна барышня на примете, очаровательное создание да к тому же знатного происхождения – из рода графов Самойловых, в родстве с Куракиными и Строгановыми. За ней хорошее состояние и влияние в обществе, в общем, выгодная партия, нельзя упустить. Ради визитов в ее дом я завел экипаж и личного шофера. Звали его Герман Вертокрыл: суровый мужчина, широкий в плечах, с густыми усами и глазами навыкате.

Одно у него было достоинство: что бы ни происходило вокруг, он молчал, слепо исполняя свою работу. К тому же у него были крепкие кулаки и хорошо поставленный удар правой, в чем мне удалось в дальнейшем убедиться.

Я приобрел четырехэтажный особняк на Васильевском острове неподалеку от Смоленского кладбища. Тихое место, прекрасный вид, да и внутреннее убранство мне очень понравилось. Здесь я устраивал шумные приемы, званые обеды для избранных лиц, в общем, вел светскую жизнь с размахом.

Хорошо обстояли дела и в бизнесе. Мне удалось заключить ряд выгодных контрактов на поставку продукции в российскую провинцию, а также открыть несколько магазинов в Петрополисе и Москве по продаже разных сортов чая. Для этого пришлось организовать легальную контору со служащими и приказчиками. Я с головой погрузился в бизнес и светскую жизнь и думать забыл о том, с какой целью меня заслали в эту страну. Торговый дом «Липтон – Чайная история» был доволен моей деятельностью, за что спустя некоторое время я был удостоен золотого ордена в виде чайных листьев с большим брильянтом по центру и облагодетельствован солидной денежной премией.

Жизнь, кажется, налаживалась, но все было разрушено в одночасье нежданным визитом.

Я приехал из конторы слегка навеселе. По случаю заключения контракта на поставку чая кавказским горцам позволил со служащими себе по бокалу «Абрау-Дюрсо» из императорской коллекции.