Участковый. Ментовские байки. Повести и рассказы. Книга первая

Её муж – ужасный ревнивец. Работает, кстати, со взрывоопасными веществами. Женщина устала доказывать, что не изменяет ему! Не удивлюсь, если и ей в кровать бомбу подложит. Педагогический коллектив сочувствует, но помочь бессилен, а вот мне что-то придумать надо.

– Что, открыли от ревности лекарство?

– Вот хорошее лекарство! – показал наставник на резиновую дубинку, но – он вздохнул, – жаль, что не от любви! Нет у нас с тобой такой компетенции! Но есть голова. Каждый случай требует своего подхода. У них в семье двое детей, мальчик и девочка, уже всё понимают, так папаша и в школе их смущает: беспрестанно заглядывает в окна школы, высматривая любовников жены.

– По-моему, тут рецепт очевиден, – говорю я.

– Но ведь он, какой ни есть, а тоже человек! Не признан больным, считай отклонения свойством характера. Вот и приспосабливайся, участковый, ко всякому. Тебя это не минёт. Вот, к примеру, есть на твоей земле один технический «гений». Анискин не успевал перенаправлять его оригинальные изобретения в физико-технические институты и проектно-конструкторские бюро.

Этот гений почему обращается к нам?

– Почему, дядь Юра?

– Он требует, чтобы милиция приняла меры уголовного характера к бюрократам-чиновникам, не реагирующих на его изобретения. От этого непоправимый вред государству, а главное – оборонной промышленности. Проверил: на учете в психдиспансере не состоит, и его заявления списывать в архив я не имею никакого права.

– Ни юридического, ни тем более гражданского, да и военные могут потом припомнить.

– Да на кой я им сдался, и я не про страх, а про совесть. Регулярно, раз в месяц Черников получал в канцелярии проекты изобретений на пятнадцати-двадцати листках, говорят, за такое мог бы за бугром стать миллионером, а жил в бараке… Во всем Орехово-Борисово проживают переселенцы в спальный район из послевоенных бараков. Мы называем этот жилсектор «спальным мешком», власть умудрилась не построить здесь ни одного предприятия, кроме торговых, да столовая ещё хорошая, советую… На твоей земле ещё продовольственный магазин на Шипиловской, дом пятьдесят.

Вон он, – наставник кивнул куда-то вперед, где между двумя домами мне и впрямь почудилась зелёная крыша универсама. – Не плохой, кстати. Директриса татарка Зульфия, по-нашенски Зоя, баба вполне нормальная и нас ментов уважает. Если потребуются дефицитные продукты, колбаса там, икра для оказии – иди к ней прямо в кабинет, и не стесняйся, ты, вижу, из больно-то стеснительных, это хорошо.