Наследник Рода

Комплекс строений не бросался в глаза, не кричал о своем величии грандиозностью форм и пафосными излишествами; но любой, ценящий красоту и достаток, мгновенно понял бы: размер – не самое главное. Драгоценный камень среди высококлассной бижутерии, безупречно ограненный алмаз, бриллиант. Неприлично скромно! Вызывающе дорого!

– Вероника Владимировна! Простите, что заставил ждать.

– Что? – голос вернул ее в реальность.

– Меня зовут Марат. Я пригласил вас.

Она оторвалась от созерцания произведения архитектурного искусства и перевела взгляд на молодого человека… О боже! Он выглядит так же достойно, как и его жилище, да плюс ко всему красив и молод.

Пустынина улыбнулась. Улыбнулась слишком приветливо, слишком широко, за что тут же упрекнула себя. Ей сделалось неловко: щеки раскраснелись, и смущение стало слишком очевидным.

Марат перевел взгляд на собственный дом.

– Как вам?

«Молодой, но ранний», – Вероника в душе оценила тактичность, а вслух, стараясь не выдавать девичьей взволнованности, произнесла:

– Достойно.

– Удивлены? Чему же?

– Чему? – потускневший было румянец вновь окрасил щеки.

Действительно, а чему она удивлялась? За свою дизайнерскую карьеру Вероника повидала такое, что ни в сказке сказать… А здесь… ну да, хорошо и со вкусом, но что же ее так восхитило? Отчего разнервничалась, как первокурсница? Не ожидала… посчитала себя центром вселенной и недооценила клиента… Дилетантка! Самоуверенная стерва!

Она улыбнулась мыслям: ну стерва, ну самоуверенная – так заслуженно же!

– Ваше предложение было таким неожиданным и бескомпромиссным… Я немного засомневалась в искренности… Вынуждена признать: долгая и утомительная дорога оказалась оправданной.

– Благодарю, – Марат повернулся к ней и улыбнулся так лучезарно, что щеки модного дизайнера опять полыхнули румянцем.

И он предложил взять его под руку. Галантно, ненавязчиво, но… чертовски самоуверенно.

3

Вчера на аллее ему было комфортно – пожалуй, впервые за последние месяцы. Вчера было хорошо, а сегодня… С самого утра Май почувствовал беспокойство – сильнее обычного, острее. Теплый майский вечер превратился в настораживающее затишье перед бурей: и как он не заметил подвоха? Странно… Когда он был так близорук?..