Наследник Рода

Версия вялая… Зато так здорово оправдывала возможные накладки.

Он посмотрел на себя в зеркало – совсем недурно! Усталость немного видна, но прохладный душ и молодость скроют мелкий изъян.

Он сделает для босса все, но не забудет и о своих интересах; и если кто-то спросит о великом дизайнере, работающим у самого Райморта, Марат непременно отметит свое скромное участие в раскрытии таланта, а если у них с Вероникой сложатся отношения…

Молодое лицо в зеркале выглядело вполне довольным.

– Генри – гений, а я… я – компаньон гения!

Настроение сделалось превосходным.

Поразмышляв еще немного над тем, почему Райморт обратился к нему с подобным поручением и найдя самый правильный ответ – а к кому же еще?! – Марат почти расслабился… Почти, но не совсем. Навязчивой мухой в голове крутилось единственное сомнение: что, если Генри не одобрит его инициативы закрутить роман с Пустыниной?.

Несколько секунд руки волнительно мяли лицо…

– Да ладно… – Марат оставил физиономию в покое и махнул освободившейся рукой в воздухе. – Я не буду слишком настойчив, а в случае чего… В случае чего скажу, что так было необходимо.

Он принял решение и успокоился окончательно: в конце концов, рано думать о том, что пока не произошло.

Марат взял в руки телефон. Набрал номер отеля «Гранд».

– Купцов. Вероника Пустынина уже приехала?

– Да, Марат Борисович.

Марат положил трубку.

– Хорошо, – сердце застучало чаще, чем обычно.

Страсть и желание, пробужденные молодостью, окончательно заглушили голос разума. Пожалуй, впервые он был готов к безрассудству.

8

Май ступил на холодный мрамор пола.

Здесь всегда царил особенный климат, будто здание жило отдельной жизнью и не зависело от погоды снаружи. Кондиционеров не было: в редких помещениях работали вентиляторы, разгоняя длинными лопастями воздух.

Дом в три этажа на набережной Яузы простоял на этом месте – почти в самом центре столицы – более двухсот лет, а может, и больше. Над подъездом никогда не висело вывески или таблички, указывающей на принадлежность к какой-либо организации.