Наследник Рода

Он закрыл глаза и глубоко вздохнул… Встал ровно, вытянувшись, как струна… Сердце стучало отчетливо и монотонно: тук… тук-тук… тук… тук-тук… Май прислушался к чувствам: он видит, слышит, понимает; он тот же… почти тот же… но… Боже!

Он вздрогнул всем телом, покачиваясь, попятился от окна и плюхнулся на стул: белое осталось белым, но стало пленительно светлым, а черное сделалось непроглядной бездной, тревожащей и неприятной. Он не перестал видеть, но что-то сильно изменилось.

К бесстрастному восприятию добавилось что-то еще, нечто слишком личное, безудержно тянущее в непонятную до сих пор сторону – туда, где прежде все казалось чужим, а сейчас манило…

Дрожащая рука осторожно коснулась деревянной поверхности стула: бук, спилен пять лет назад, отправлен в Италию; обработан и превращен в стул, доставлен в Россию; куплен престижной мебельной компанией, через торговую сеть которой продан – необоснованно дорого… Май отдернул руку… Он и раньше без труда мог прослеживать последовательность событий – эта способность вернулась в полном объеме, а вместе с ней… Что за странное видение? Кроме того, что мебель из бука, проделавшего долгий путь в процессе перевоплощения, кроме того, что комфортно сидеть, стул еще и радовал.

Рука вновь коснулась поверхности – уже уверенно, с интересом… Удивительно! Май хорошо осознал, что радует его ни дерево, ни качество обработки, ни удобство, а именно цена и статус. На таком стуле не только комфортно, но и приятно сидеть! Он окинул взором комнату… Ну как же он раньше не замечал! Все здесь является предметами гордости: ремонт, мебель, картины, бытовая техника – все! А ведь прежде подобные мысли не посещали.

Взволнованность исчезла… Исчезла так быстро, что Май даже не успел удивиться новым ощущениям – непонятным, но являющимся данностью.

Захотелось немедленно встретиться с Сей Миром и рассказать… Поделиться своими чувствами. Глаза радостно засияли. Он открыл для себя удивительную сторону реальности – той реальности, где правил… Сол? Ну да, именно Сол – немного странно, что упоминание этого имени больше не вызывает гнева и ненависти.

– Вот это чудеса… – протянул Марин себе под нос и многозначительно хмыкнул.

Взгляд лег на телефонный аппарат на столе: оторванный от жизни, лишенный энергии.

Май вставил аккумулятор и нажал кнопку включения. Электрический ток шустро привел средство связи в состоянии готовности.