Поймать молнию

Стоило оказаться в новом мире, чтобы угодить за решетку? Это он мог бы с успехом проделать и в родном двадцать первом веке. Когда перед тобой открываются двери к неизведанной вселенной, обидно провести остаток дней в тюремной клетке. Он, конечно, хотел приключений, но все-таки всему есть предел. А это значит, что надо уносить побыстрее ноги, пока не нагрянула полиция и не повязала на месте преступления. Вот только куда ему теперь податься? Он один в чужом, враждебном городе, который еще несколько часов назад казался ему местом, где исполняются все мечты и желания.

С трудом Дамир поднялся на ноги, осмотрелся. Взгляд остановился на неподвижном теле Маратова, вокруг головы которого расплылся кровавый нимб.

Извини, дядя Олег, что не смог тебе помочь. Буду жив, найду этих гнид и спрошу за тебя.

Дамир направился прочь из комнаты. Каждый шаг отдавался во всем теле дикой болью. Остановился, чтобы подобрать рюкзак и футляр с оружием. На книжном стеллаже заметил голографический снимок дяди Игната и Маратова.

На снимке они стояли обнявшись, такие молодые – позади студенческая скамья, впереди целая жизнь. Дамир снял рамку с полки, отключил проекцию и, не задумываясь, сунул ее в рюкзак, куда затем отправилось и орудие преступления…

Глава 3

Шпаги наголо, дворяне!

Дамир не помнил, как покинул дом Олега Маратова.

Все виделось как в тумане. Спустился по лестнице, повернул направо и пошел вперед, не разбирая дороги.

Лишь оказавшись на переполненной людьми площади Согласия, осознал, что двигался не в ту сторону.

Но где теперь та сторона, вот в чем вопрос?

Площадь Согласия была разделена на три уровня, возвышающиеся друг над другом. По первым двум двигались пешеходы, здесь держали двери открытыми магазины, рестораны, оздоровительные клубы и вирт-театры. Яркие красочные вывески окружали со всех сторон, бросались в глаза, ослепляли, нагружали информацией. Последний, самый верхний уровень предназначался для автомобилей, которые взлетали по спиралям подъемников, чтобы миновать площадь и выйти на скоростную магистраль, пронзавшую весь город насквозь.

По центру площади возвышался обелиск Свободы – стальная игла, вонзающаяся в небо, символизирующая единство Двенадцати Миров. Обелиск покрывали барельефы, картины величайших сражений и побед Содружества. То тут, то там из него выступали носы космических линкоров и дула пушек. Между уровнями площади носились стеклянные лифты, перевозившие пассажиров.