Мент. Реализация

– Ещё вчера у него бы получилось, – с горечью сказал Смушко.

Его глаза сверкнули.

– А сегодня, как я тебе уже говорил, кое-что изменилось, – продолжил он. – Петроградское ГПУ прислало благодарственное письмо в твой адрес, и не просто письмо, а за подписью самого товарища Маркуса. Я даже боюсь спрашивать – откуда ты его знаешь и что такого ты сделал для петроградских чекистов.

– С товарищем Маркусом действительно довелось встретиться, – не стал вдаваться в подробности я. – Но ничего из ряда вон выходящего я не совершил.

– Не надо скромничать, Жора. В общем, не знаю, чем ты так помог петроградским чекистам, но они о тебе очень высокого мнения. И это письмо серьёзный аргумент против любого довода Кравченко, – победоносно заключил Смушко. – Что скажешь, товарищ Быстров?

– Я могу подумать?

– Недолго. Неужели тебя смущает, что по сравнению с Петроградом наш провинциальный Рудановск – просто деревня? Уже стал мыслить другими масштабами? – усмехнулся он.

– Причём тут масштабы, – отмахнулся я.

 – Не слишком ли это круто: из скромного агента сразу в начальники милиции? Наверняка у вашего друга есть заместитель, вряд ли ему понравится, что я займу эту должность?

– Брось, Жора. К лешему все сомнения! Ты справишься с этой работой. А что касается заместителя… У нас есть все основания полагать, что в Рудановске многое прогнило. Борис специально приехал туда разгребать их авгиевы конюшни и, очевидно, сильно прищемил кому-то хвост. Не удивлюсь, если этот кто-то – тоже работает в милиции.

Видишь, я открыл тебе все карты.

– Другими словами – никому из местных верить нельзя?

– Ты правило понимаешь ситуацию, Жора. Ну что – берёшься за дело?

– Товарищ Смушко, вы же сказали, что у меня есть время, чтобы подумать! – сказал я.

– Это время истекло. Решайся, товарищ Быстров. Мне надо уладить ещё целую кучу формальностей.

Я вернулся в дом.

– А где твой начальник? – удивлённо вскинулась Степановна. – Ты его не пригласил?

– Он отказался.

Сказал, что у него слишком много дел сегодня.

– Жаль. Мужчина видный такой и обстоятельный, – вздохнула Степановна. – Тогда вдвоём посидим, побалакаем. Лишь бы поезд не пропустить…

– Какой поезд, Степановна? – улыбнулся я.

– Как какой?! – спохватилась она. – Петроградский, конечно. Ты ж сам мне сказал, что вечером на поезде уезжаешь, даже билеты взял.

– Билеты придётся сдать.

Она замерла, не веря своим ушам.