Щитом и мечом

– Благодарствую, – с видом покорной овечки изрёк я, внутренне напрягаясь и ожидая чего-то неприятного.

– Многие, включая их светлость Андрея Ивановича Ушакова, одобрительно отзываются о вас, господин Елисеев. Считают толковым следователем, – продолжил лить елей собеседник.

– Отрадно сие слышать, ваша милость.

Я напрягся ещё сильнее. Уж больно мягко стлать начал господин начальник. Жди проблемы.

Предчувствия меня не обманули. Деликатности и реверансы закончились. Комиссар сурово сдвинул брови. На переносице появилась глубокая складка.

– Однако вызвал я вас не за тем, чтобы перечислять похвалы в ваш адрес.

– Ваша милость, я в чём-то провинился? – удивлённо приподнял брови я.

Вместо ответа он подал несколько исписанных листов бумаги.

– Ознакомьтесь. Это письмо танцовщицы Барбарелы её иезуитским начальникам. Вернее, расшифровка письма. Нам удалось заполучить шифр иезуитов. Разумеется, сведения крайней важности, и не мне вам говорить, что будет, если вы кому-то откроете эту тайну.

– Буду нем как рыба.

Я погрузился в чтение. Вот это да! Новая агентесса решила вести тройную игру. Она сообщала, что завербована СМЕРШем, спрашивала, как вести себя.

– Любопытно, – согласился я. – Кажется, девицу следует взять в оборот. По-моему, она не поняла, с кем имеет дело.

– Не только. Меня раздражает ещё одно: вы внимательно прочитали ту часть, где она пишет, что ей заплатили? Помните, о какой сумме речь?

– Барбарела утверждает, что получила пятьдесят талеров.

– Именно, – Белов поднял указательный палец. – Я навёл справки. Из казны ведомства вам и вашему кузену выделили в два раза больше. Вы присвоили половину!

Я сжал кулаки.

– Господин комиссар… Это ложь! Я не брал ни копейки! За Ивана я готов поручиться, как за самого себя! Девка врёт…

– Не желаю ничего слушать, – перебил фон Белов. – С какой стати ей врать? Зато я прекрасно знаю, что в России принято кормиться на своей должности и взяточничество – обычное дело. Но я не потерплю такого у нас в СМЕРШе!

– Хотите, я притащу сюда эту девку? Косу на руку намотаю и приволоку.

– Вы идиот?! Тогда иезуиты поймут, что мы знаем их шифр. Они сменят его, и… все труды насмарку. Вы этого добиваетесь?

– Господин комиссар…

– М-а-а-алчать! – В Белове проснулся прусский полковник. – С этого дня вы, Елисеев, у меня на особом счету. Я буду пристально следить за вами. Любая ошибка, и…

Я угрюмо замолчал.