Ничего святого – 2

Верно?

Отец Иезекииль снова кивнул, не произнося ни слова.

Это уже начало раздражать.

Отношение экс-инквизитора понятно – у него забрали жетон, и теперь внутри может присутствовать неприязнь к бывшим собратьям. Однако, во-первых – жетон забрали за чудовищный провал, из-за которого казнили несколько невинных человек; а, во-вторых, если с тобой разговаривают максимально корректно, то почему бы не отвечать ровно также, засунув свои мелкие обиды дьяволу в задницу?

– Сейчас Себастьян Тиллман всплыл на поверхность.

Вполне возможно псевдоцерковь «Возрождение Царства», так и не была до конца уничтожена, затаившись в самых глубинках. Возможно беглый пастор создал другую организацию. Эти детали не так важны. Главное следующее, нам необходимо на него выйти, а вы, как никто другой в Конгрегации знаете лично его, и его ближайших сподвижников.

Маноло замолчал, выжидающе уставившись на молчаливого мрачного истукана. Отец Иезекииль таки соизволил разжать губы в скупом вопросе:

– Что именно вы хотите от меня услышать?

– Все.

 – так же коротко ответил обер-инквизитор, а после добавил. – Только, нам нужна не просто информация, падре. Нам необходима ваша помощь. Ваша непосредственная помощь.

Бывший инквизитор нахмурился. С минуту он переваривал полученную информацию. Маноло его не торопил. Пусть думает. Нельзя сказать, что времени валом, однако также нельзя сказать, что у Конгрегации есть лучшие варианты. Отец Иезекииль вне конкуренции. Он единственный, кто на самом деле знает о весьма замкнутой и не особо известной секте «Возрождение Царства».

Причем, знает не понаслышке, а по-настоящему, став ее частью во время длительной спецоперации Инквизиции по ее полной ликвидации.

Спустя пять очень долгих минут, за которые трое кураторов казалось возненавидели экс-инквизитора, бросая на него яростные взгляды, отец Иезекииль вновь разомкнул губы.

– Если вы хотите моей непосредственной, как вы выразились, помощи, то у меня будут условия…

– Условия? Да вы вообще, понимаете, чем мы тут… – не выдержав взорвался Доменико Ровелло, руководитель отдела анализа тоталитарных сект, но быстро осекся под останавливающим взмахом руки начальника.

– Какие условия? – спокойно спросил Маноло. В отличие от кураторов, он был готов к такому повороту событий.

– Думаю, я не очень правильно выразился. – лицо экс-инквизитора осталось таким же хмурым, не изменяясь ни в лучшую сторону, не в худшую. Вполне возможно, это его обыденное выражение лица.