Судный день

Уже минут десять как он, Джек, проснулся, но продолжал лежать с закрытыми глазами, пытаясь вспомнить до мельчайших событий то, что ему приснилось.

Какой-то странный сон…

Мир в огне – но в тоже время никто не умирал – люди мучились, он видел их искаженные от боли лица… кто-то даже пытался покончить с собой… он отчетливо помнил момент, когда молодая девушка – ей было лет двадцать, не больше, не в силах вынести мучений своих родителей, выбросилась из окна небоскреба… он до сих пор слышал глухой стук ударяющегося тела о бетон… самое страшное – она не умерла… мучительная боль стала еще больше – но смерть так и не наступила… вообще никто не мог умереть… Джек слышал крики людей… самых разных возрастов… там были дети, молодежь, пожилые… они кричали от боли… их душераздирающий вопль до сих пор эхом звучал в его голове… они молили о пощаде – но кто ее мог дать? Небо молчало.

А с каждой секундой страдания увеличивались… Он помнил, что должен был наступить Ледниковый период – то, что было во сне совсем на него не походило… Огонь, жара, пепел… и дикие вопли людей…

Бррр… мурашки по коже…

Джек, наконец открыл глаза и посмотрел по сторонам.

Спальня, дверь, плотно закрытые жалюзи, кондиционер, пес на полу – ничего необычного.

Хм, а что он собственно ожидал?

Джек повернулся на бок, и посмотрел на жену.

Боже… он замирал, смотря на нее…

Темные волосы, оливкового цвета кожа, красивые нежные губы – не слишком яркие, но и не бледные, ровно от дыхания поднимающаяся грудь…

Она просто великолепна…

Не смотря, на то, что вместе они прожили почти двадцать лет, до сих пор, смотря на нее в его венах закипала кровь от желания… Так было в первый раз, когда они встретились во время эпидемии в Африке, так было и сейчас спустя такое количество времени – одним словом, так всегда – он без ума от своей жены! И ему это нравилось.

Джек осторожно, стараясь не потревожить Кэрри, попытался бесшумно выскользнуть из-под одеяла.

Вроде бы получилось.

Натянув шорты и футболку с символикой республиканской партии, он вышел из спальни.

Холл, который затем заканчивался стеклянной дверью со вторым выходом на задний двор, был залит ослепительным солнечным светом.

Джек зажмурил глаза.

Сегодня вечером выходила программа Энди, в которой наконец должно появиться записанное еще четыре дня назад интервью – похоже, все было на его стороне, даже погода.

Сварив кофе, Джек, в приподнятом настроении поднялся к себе в кабинет.