Обратный отсчет. Серия «СИНДИКАТ». Книга 3

При необходимости мы в любое время сможем усилить, как одну, так и другую сторону. Очень надеюсь, что все принятые меры окажутся лишними, и в базовом лагере царит полное умиротворение… – Фил Гарвей криво усмехнулся. – И, все же лучше заранее подготовиться, поэтому капитан ДеЛонг проведет сейчас быстрый инструктаж.

– А, когда мы отправляемся? – еще один вопрос с места.

Спецпредставитель корпорации поджал губы и мрачно глянул вперед:

– Еще вчера.

Вашингтон.

Округ Колумбия.

11:27.

Пол Трипп невидящим взглядом смотрел вперед – туда, где на общем светлом тоне стены красовался большой портрет, написанный маслом одним из знаменитейших современных художников.

Нет, на картине изображался не Джордж Вашингтон, не Бенджамин Франклин, не Авраам Линкольн и даже не Франклин Рузвельт. Нет. Со стены сурово взирал новый Папа Римский, до недавнего прошлого кардинал, и один из отцов-основателей Синдиката. Пол встречался с ним всего раз, еще будучи государственным секретарем Соединенных Штатов, чуть больше года назад, спустя всего неделю после ядерного взрыва в Хамаде, инициированного Синдикатом. На той встречи, самой первой встречи тет-а-тет с одним из лидеров самой могущественной структурой на планете, причем без масок, как это происходит на собрании Двадцати, Пол нашел в себе силы просить об спокойном уходе на покой. Он прекрасно понимал весь риск даже одной подобной просьбы – его могли сочти слабым, а значит потенциальной угрозой для анонимности Синдиката и попросту избавиться. Как? Этот вопрос для Организации никогда не являлся проблемой. Способов тысячи, если не десятки тысяч: автокатастрофа, ограбление, теракт – да даже пассажирский лайнер могли сбить ради уничтожения его одного – были уже в истории подобные прецеденты, в реализации коих сам Пол принимал непосредственное участие. И все же, он прекрасно понимал и другое – силы кончились. Ядерный взрыв унесший больше сотни тысяч мирных жителей стал последней каплей. Одно дело устраивать гибель финансовых мешков, взрывать здания, устраивать диверсии – да, тоже гибли люди, и иногда сотнями – но другое дело массовый геноцид, где за один час погибло в десятки раз больше, чем за всю его жизнь. Можно мириться со многим, но не с таким. Вполне возможно кто-то и после такого спит по ночам, как младенец – возможно… Пол же спать не мог. Потому, обливаясь потом от животного страха государственный секретарь Соединенных Штатов запросил у кардинала аудиенцию, где изъявил желание отойти от дел.