Первая заповедь

Не дожидаясь ответа торговца, Шакнир покинул лавку и вновь оказался на продуваемой речным ветром улице. Поёжился, надвинул пониже капюшон и направился в сторону окраины из города. Промозглое раннее утро вступало в права, добропорядочные горожане спешили на рабочие места, принесённая ветром портовая вонь начала перебиваться запахами разогревающихся кузнечных мехов, пекущегося хлеба, бурлящей трактирной похлёбки для самых бедных – её обычно выставляли в большом котле прямо перед крыльцом, и любой желающий за небольшую плату мог черпать своей ложкой сколько душе угодно.

Убийца хотел вырваться из этого мутного круговорота как можно раньше – в этом городе, где все были связаны невидимыми нитями, появление странного чужака вскоре начнут обсуждать. Он неплохо отдохнул во время путешествия по реке, и задерживаться дольше не было необходимости.

Воспринимая окружающий мир через запахи в большей степени, чем обычный человек – этому Серых учили почти в первую очередь – Шакнир заранее ощутил, что конюшни неподалёку.

Доносящиеся с них крепкие ароматы навоза и лошадиного пота перебивали даже рыбный смрад, тем более что убийца с каждым шагом удалялся от Жёлтой реки и приближался к окраинам.

– Лучшие лошади во всём Фильте! Отличные, крепкие, рабочие! – парнишка голосил на подходе к конюшням, зазывая в основном крестьян, спешащих со своим скарбом на рынок. – Больше не придётся тащить на себе! Будете как господа, на повозке ехать!

– Эй, юный лошадник, – позвал его Шакнир, – подойди-ка.

– Чего угодно господину? – паренёк встал чуть в стороне, опасливо косясь на ножны на поясе. – Я вас здесь раньше не видел.

– Лошадь мне нужна. Ходкая, чтобы могла идти долго и не уставать.

– Лошади-то есть, а вот платить-то чем будете? – парень скептически осмотрел потрёпанный дорожный балахон убийцы. – Дядька вчерась ведро в себя влил, сейчас болеет лежит. Если за просто так его дёргать буду, вожжами мне всыплет.

– Это подойдёт? – Шакнир извлёк из внутреннего кармана перстень с рубином, оставшийся от покойного дознавателя Игнация Вартана.

Глаза паренька округлились – на него можно было купить не одну лошадь, а минимум три.

– Настоящий? – робко поинтересовался он.

– Ещё бы, – подтвердил Шакнир.

– А хозяин за ним не явится сюда? – алчность и страх боролись в пареньке, и на лице отражалась вся нехитрая гамма чувств.

– Не явится. Могу тебя заверить.