Огоньки без огранки

Разве что на безымянном пальце его правой руки, держащей пиалу с чаем, ярко сверкала огромная гайка – золотой перстень ручной работы.

Фируз кивком пригласил сесть напротив. Свободной рукой предложил угощение и начал без обычных восточных церемоний:

– Уважаемые, сколько денег обменять хотите?

Беседу с ним продолжил Артур, успевший шепнуть Роберту, чтобы тот молчал:

– Смотря какие условия?

– Ну, условия обычные. Рубли на рубли под тридцать процентов от суммы. Рубли на доллары под пятьдесят.

Фируз говорил все это спокойным, будничным тоном, будто какой-то обычный банковский кассир.

Артур возмутился:

– Это же грабеж! Мы же не фальшивки меняем. Полновесные советские сторублевки. Ну, десять процентов, это еще куда ни шло, а тридцать точно грабеж!

Фируз и глазом не повел на его возмущение. Медленно глотнул чая из пиалы и ответил:

– Уважаемый, мы же не спрашиваем, откуда у вас эти деньги?! А здесь не касса взаимопомощи. По таким вопросам не к нам, а в свой профком. Не знаю уж, по какому ведомству вы числитесь?.

.

Артур перебил его, не дослушав:

– Пятнадцать процентов за рубли и двадцать пять за доллары?!

– Хорошо, если сумма большая и интересная нам, будет двадцать пять и сорок! Если не согласны, попейте чаю, халву покушайте и о делах больше не говорим. Не отнимайте время у серьезных людей!

Лицо Фируза не выражало никаких эмоций. По-русски он говорил с некоторым восточным акцентом, но слова произносил вполне внятно.

Артур вспыхнул. Перегнулся через поднос и хотел схватить наглеца за ворот белой рубашки.

В этот момент он почувствовал, как что-то твердое уперлось в его бок. Он скосил вниз глаза и увидел дуло пистолета, который держал помощник Фируза, подскочивший неведомо откуда.

Роберт, сидевший рядом, тоже не сразу заметил, как над ним нависли два горилла подобных узбека, одетых в светлые майки с пятнами пота на спине.

Артур обвел глазами чайхану и поднял руки. Произнес извиняющимся тоном:

– Ладно, ладно, дорогие! Все путем! Кипеша больше не будет.

Говорим по делу.

И они договорились с Фирузом на его последних условиях.

Артур осторожничал и не хотел сразу тащить на встречу большие суммы. На обмен он стал ходить один, оставляя Роберта охранять деньги.

Поменял десять тысяч сотенных банкнот. Потом двадцать. Потом опять десять. Взамен получал червонцы и двадцать пятки. Частично брал долларами разного номинала. Всего они с Робертом обменяли в Ташкенте около пятидесяти тысяч рублей, с учетом сберкасс.