Зверинец. Серия: СИНДИКАТ, книга 1

 – Миллер и Юри не понимали самого стержня эксперимента…

– Так… – профессор потер виски. Григорий любил поболтать, однако сейчас на это совершенно не было времени. Нужно изучить результаты, и представить их вечером на встрече с министрами. Никаких лишних разговоров. – Ладно… Эксперимент Миллера и Юри конечно интересен, но я все же биолог, а не химик или физик… Потому, без обид, Гриш, однако давай перейдем к делу, хорошо?

– Череп?

– Да. Вы провели анализ, верно?

– Ага, – Григорий встал, кряхтя подошел к холодильной камере, и открыв прозрачную дверцу достал находку.

 – Этот, верно?

– Есть еще? – удивился Иван Петрович.

– Нет, – Григорий слабо улыбнулся. – вопрос был риторическим.

– Ааа…

Он знал, что у химика, сколько они были знакомы, а это добрые лет сорок отсутствовало чувство юмора. Очередное подтверждение.

– Знаешь, – ученный тронул его за локоть. – Моя лаборатория провела не один анализ.

– Я догадался. Еще две недели назад…

– Точно, – Григорий поднял палец вверх.

 – с того времени вопросов стало только больше…

Иван Петрович почувствовал, как сердце заполняет тревога, желудок предательски скрутило. Он застонал.

Глава лаборатории оторвался от черепа и недоуменно посмотрел на собеседника.

– Вам плохо?

– Нет, – профессор выпрямился, и постарался придать лицу бодрое выражение лица. Он не был уверен, что это получилось. – Только не томи! Скажи, какой результат? Что в итоге удалось выяснить?

– Понимаю твое нетерпение, Вань… – Григорий протянул ему череп, завернутый в пакет с голубой биркой.

 – Возьми.

– Хорошо. – ученный с осторожностью забрал находку и принялся ждать.

Григорий отвел глаза, и начал сосредоточенно рассматривать не слишком аккуратно подстриженные ногти обеих рук, как будто видел это явление впервые.

Пауза затягивалась.

Профессор чувствовал, как напряжение внутри нарастает с каждой сотой долей секунды. За те сорок лет, что они знали друг друга – такое поведение он видел впервые. Да, мать твою, Григорий и отличался тем, что говорил прямо, в лоб, нисколько не смягчая информацию.

Именно поэтому место в государственном комитете, которое ему пророчили в научных кругах досталось другому. Для политики Григорий был слишком прямолинеен. Что же тогда происходит сейчас?

Иван Петрович придвинулся вперед, и кашлянул.

– Итак? Череп…

Заведующий лабораторией наконец перестал рассматривать пальцы рук и посмотрел на друга.

– М-да, он самый… – ученный пожевал губу.