Кровь и песок. Трон королевы

Посмотрите на воинов, это никакие не варвары, посмотрите на их доспехи и вооружение, а так же на то, как они держатся. Это солдаты, настоящие солдаты, я вам больше скажу – это армия. Первосвященник молчал он лишь с огромным удивлением вертел головой, переводя взгляд то на воинов, выстроившихся ровными шеренгами, то на устройство лагеря. А посмотреть было на что, со всех сторон располагались ровные ряды палаток и аккуратные дорожки меж ними. Та же дорога, по которой они ехали, была довольно широкой и вымощена камнем, начиналась она у главных ворот и тянулась до центра лагеря, где на небольшом возвышении стоял большой шатёр, с красными штандартами по бокам.

По всему лагерю стояли часовые и ходили патрули, слышался лай собак, и пахло приготавливаемой пищей.

От этого запаха у Эениаса засосало под ложечкой. Ему вновь, нестерпимо захотелось поесть, он был готов продать душу, черным богам, лишь бы насытиться. От размышлений его отвлекло громогласное:

– Да здравствует Император! Ура! – Это кричали солдаты, что шеренгами выстроились вдоль главной дороги.

Эландор же вместо того, что бы орать во всю глотку, как это обычно принято у диких народов, лишь слегка наклонял голову, приветствуя своих воинов.

Наконец, достигнув центра лагеря, они спешились у большого шатра, которого вышли двое воинов, тоже в добротных рельефных кирасах и, поклонившись Эландору, поприветствовали его так же, как за минуту до этого, это делали остальные солдаты. Император, перекинулся парой слов с двумя военными, затем повернувшись к Эениасу, который в этот момент пытался спешиться с лошади, при этом, чуть снова не упав на четвереньки, и лишь схватившись за седло, он с великим трудом, удержал равновесие.

Эландор подождал, пока первосвященник не окажется на земле, затем произнёс:

– Сейчас вас проводят в баню, и подадут чистую одежду и вино, затем сопроводят в специально отведённую для вас палатку, там вы сможете привести себя в порядок, перекусить и отдохнуть, позже вечером я пришлю за вами.

Сказав это, он развернулся, и скрылся в шатре, следом за ним последовал один из воинов, другой же посмотрев на Эениаса и тайного стража, жестом приказал обоим следовать за ним. Они шли сопровождаемые взглядами солдат, которые смотрели на них с не меньшим удивлением, чем сам первосвященник. Эениасу казалось, что у него кипит мозг от всего увиденного, и он силой воли, заставил себя более ни чему не удивляться, к тому же усталость и голод мешали ему ясно мыслить.