Из работяги в маги. Часть 1

Неплохо! Где там моё королевство? Заждалось, бедненькое! Ну ничего, папочка уже спешит к тебе!

Стихия бушевала не дольше часа. Основной вал улетел куда-то вниз, а наша милая долинка превратилась в нагромождение камней, грязи, каких-то страшных веток, корней. В общем, изменилась до неузнаваемости. Чудесная веселая речушка, протекавшая здесь ранее, превратилась в грязный поток, причудливо текущий по ещё не сформированному до конца руслу. Кстати, возникла неожиданная проблема с водой. Чистую воду брали из реки, а теперь она стала недоступна.

Пришлось снаряжать команду водоносов к ручью, который нашелся в паре километров отсюда.

Конечно, были и потери. Погибло восемь солдат и с десяток заводных бычков со всем снаряжением. Найти ничего не удалось, что немудрено: долина оказалась погребена под многометровым слоем грязи и камней. Сгинул и мой верный Стамбл. Я искренне скорбел. Хоть мы и провели вместе всего ничего, я успел к нему привязаться. Он так мило блымал своими вылупленными глазенками, что это не могло не вызывать доброй улыбки.

А как смешно он шлепал длинными мягкими губёшками, выпрашивая вкусняшку…

На следующее утро никакой опасности больше не чувствовалось. Новоприобретённый червячок внутри мирно спал, отдыхая от пережитого.

Дорога в каньоне стала непроходимой. Пришлось искать обход, что было очень нелегко. Надо было карабкаться по неудобьям, рискуя потерять других бычков. Но мускулистые солдаты оказались не пальцем деланные и сноровисто преодолели все трудности. Путь был найден и, потеряв пять дней на бесконечные обходы завалов, созданных селем, мы спустились в большую, с километр шириной, долину, в которой бурным потоком текла довольно серьёзная река.

По берегу шла натоптанная дорога, уже далеко не тропинка.

Разбили лагерь на большой поляне, которая явно использовалась для таких действий постоянно. Перед ужином, внезапно, гомон разговоров и шум стоянки утих. Я удивленно посмотрел по сторонам и обнаружил, что народ подобрался и все смотрят в мою сторону.

Не понимая в чём дело, встал. Вперед вышла начальственная троица. Остановившись напротив, командир внимательно посмотрел мне в глаза и произнес короткую речь, указав широким жестом на свой поредевший эскадрон, на меня, напоследок стукнув себя кулаком в грудь.

Конечно, ни слова понятно не было, но смысл ясен: предводитель благодарил меня за спасение жизни вверенного ему подразделения и своей собственной. Клялся в вечной дружбе и присягал на верность на веки вечные.