Петербургская литература. Альманах 2022

Папка даст

кавалак* окорока – живи как хочешь. Дома брат и сестрёнки, Ниночка совсем маленькая. Так мне их жалко, как раздумаюсь. Реву, реву… Сорвалась с учёбы!

– В деревню вернулась? – удивился Севостьянов.

– В поле работала. Лён растили, сдавали в Бычихинский льнозавод. Тоня учиться пошла. В Витебск, на медсестру. Надо было ей помочь. И папке по дому.

– А Алексей, брат твой? – Трофиму хотелось узнать о новых сродниках все подробности.

– Брат – шалопай шалопаем! – засмеялась  Наталья.

– Полезный продукт, в ней фосфора и кальция много. Я бы тоже с удочкой на озеро! – размечтался Севостьянов.

– Рыбачить умеешь? – деланно засомневалась Наталья. – Я думала, ты специалист только кильку из бочки в магазине вылавливать, – подковырнула озорно и вдруг вспомнила: – Ай! Рыбу сегодня снила! Целый таз рыбы на столе. Ты принёс как-будто…

– Стой! – Трофим схватил жену за руку.

На дороге, почти у самых ног, скрутившись кольцами, грелась змея. Гладкая чёрная кожа узорчато отливала неоновой синевой.

– Какая же это змея? Это уж! – снисходительно хмыкнула Наталья.

– Стой! – Трофим резко подхватил жену, отпрянул в сторону.

Гадюка высоко подняла голову, угрожающе зашипела,  несколько секунд, покачиваясь, смотрела в сторону людей, потом стремительно поползла прочь, уступая дорогу.

Наталья крепко обнимала мужа за шею, а он нёс её на руках, боясь опустить на землю, словно там снова ждали  ядовитые гады.

– Защитник ты мой! – прошептала нежно,  осыпая жаркими поцелуями. – Устал? Давай передохнем? Ещё идти и идти.

Ловко расстелив на траве полотенце,  разложила хлеб, сало, поставила бутылку со сладким чаем.

– Руки бы ополоснуть, – оглянулся по сторонам Севастьянов.

– У меня и водица с собой, – улыбнулась услужливо, – я полью, подставляй ладони!

– Капни ещё – лицо освежить.

– На озеро сходим, если не заленишься. Папка мой до колхозов у немца в Бодякино работал. Там сказочный пруд! А немца раскулачили. Его добро по дворам раздали. И нам на память зеркало досталось, – Наталья поправила волосы, задумчиво глядя вдаль, словно видела там своё отражение.

Трофим залюбовался женой.