Петербургская литература. Альманах 2022

Устало присел на пенёк, вытянув вперед, к огню, натруженные, озябшие руки.

– Сынок, дочка,  ещё по охапке, пока совсем не стемнело! – приказал детям и обернулся к женщинам: – Куда собрались, девоньки?

– Ай, переживаем, что немцы да полицаи растащат наши тайники. Они ж ничем не брезгуют, и рваный платок приберут, и поношенную тужурку. Что они за люди такие? – увильнула  от ответа Наталья.

– Если бы люди! – вздохнул Сепачёв. – Были звери, а теперь, когда гонят их наши, ещё зверее становятся.

Грабят, угоняют в неметчину, жгут деревни. Снова жгут! Хмельник, Двухполье, Слобода*… А вы, бабы, не задумайте в Езерище возвращаться! Прислухайтесь – гремит!

С северной стороны,  где-то очень далеко едва угадывались громовые раскаты канонады. Наступательные бои шли на невельском направлении.  А уже двадцать седьмого октября Совинформбюро сообщило:  «Северо-восточнее Витебска наши войска, преодолевая огневое сопротивление и развитую систему инженерных заграждений противника, заняли свыше 50 населенных пунктов.

Шоссейная дорога Невель –Усвяты на всём её протяжении очищена от противника. На одном участке бойцы Н-ской части разгромили сильно укрепленный узел обороны немцев и истребили до 600 гитлеровцев. Захвачены две артиллерийских батареи, 8 минометов и два склада боеприпасов. Взяты пленные».

С каждым днём становилось холоднее, запасы продуктов  у беженцев давно закончились.  С утра Сепачёв с мальчишками-подростками уходил в окрестные деревни, наведывался к дальним родственникам и знакомым в поисках съестного.

Ставил петли на зайцев, иногда удавалось поймать лесную пичужку или наловить рыбы в болотном озерце. На сосновых полянах бабы с девчонками собирали бруснику, ползали по болоту в поисках клюквы, радовались поздним грибам.

Хотя канонада приближалась, но чем голоднее становилось, тем чаще Наталью посещало желание наведаться в Езерище. В один из погожих дней она  решилась. Широчиха, словно того и ждала, увязалась за ней.

Вдвоём и вправду надёжнее.

Вначале шли легко, бодро переговаривались, не опасаясь, что кто-то услышит,  но когда лес посветлел, и стало ясно – впереди дорога, смелости поубавилось.

– Надо по краю, за кустами, чтобы не нарваться на злыдней, – предложила Широчиха и двинулась вперёд, прокладывая пусть.

Лес всё ещё служил защитой от недоброго глаза, хотя и поредел значительно, усыпав подножье яркой листвой, от которой рябило в глазах.