Билет на Лысую гору

– Значит, никто, – утвердительно резюмировал лысый. – Второй вопрос. Вы знаете, сколько стоит мое время?

Эдя честно замотал головой.

– Тогда я вам отвечу. Я почесал нос – и это ваш месячный оклад. Вам все ясно?

– Я безработный. Выходит, вы почесали нос бесплатно, – парировал Хаврон.

Лысый пожевал губами и потянулся пальцем к какой-то кнопке, однако нажимать не стал, а вместо этого с внезапным интересом спросил:

– Кто вас прислал?

– Я сам пришел. Ногами.

Чиновник с раздражением оторвался от бумаг.

– Ответ на уровне бреда. Я спрашиваю: где вы были до того, как пришли ко мне?

– Ну… э-э… этажом выше. В комнатах «Пророка».

– Фамилия?

– Чья? Моя? Хаврон!

– Ваша меня не интересует. Того, кто направил!

– Не знаю фамилии. Красногубый. Шелковая белая рубашка в полоску. Он у них секретарь, – с наслаждением наябедничал Эдя.

Чиновник сделал на бумаге пометку.

– Ясно… От меня вам что нужно? Говорите быстро и уходите.

– Я ищу Моржуева.

Лысый пожевал губами.

– С какой целью?

– Я принес ему пророчество.

– И это все? И за такой ерундой вас прислали ко мне?

– Да, – подтвердил Эдя, зримо ощущая сгущающиеся над церберенком тучи.

Лысый терпеливо взглянул на часы, затем на одну из многочисленных бумажек у себя на столе.

– Подозреваю, что у «Пророка» сейчас запись. Поищите в гримерке. Второй этаж. Первая студия. Проваливайте! Надеюсь, больше никогда не увидимся! – сказал он почти дружелюбно.

Довольный своей предприимчивостью, Хаврон поспешил ретироваться.

* * *

Знаменитый телеведущий Андрей Рихардович Моржуев сидел перед трильяжем на стульчике, позволяя гримерше пудрить свой просиявший на всю Россию нос. В жизни Моржуев был маленького роста, слегка оплывший и не такой грозный, как на телеэкране. По его увеличившемуся за счет исчезнувших волос челу бродили скептические морщины, стрелы которых Моржуев готовился вскоре обрушить на зрителей с их нелепыми прогнозами.

– И вы тоже? Сколько можно говорить: оста-вьте меня в покое! Сценарий передачи уже написан! – капризно задребезжал он, когда Эдя втиснулся в гримерную.

Ведущий сорвал с плеч полотенце и изящно швырнул его в зеркало. Затем он торжественно поднялся со стула и метнул в Эдю свой козырный испепеляющий взгляд.

– О, небо, нет мне покоя! – воскликнул он трагическим голосом.