Ладья света

Отработала заказ.

– Ясно, что отработала. А ты переверни бланк! – посоветовала Ирка.

Она сидела на полу и, играя со щенком, разглядывала шрам у него на груди. Щенок любил, когда она проводила пальцем по его шраму. Не любил только, когда трогала седое пятно. Но Ирка и не трогала. Знала эту особенность.

Багров перевернул бланк. По центру листа бежали маленькие кривые буковки. Казалось, их нацарапал пьяный.

«Сматайся в Афреку на вайну. Никак неуспеваю. Мамзя», – прочитал Багров.

– Почему она пишет так безграмотно? – кривясь, спросила Ирка.

 – Она же на любом языке может! И на латыни, и по-гречески! Она даже с Гомером виделась!

– Ну это да. Один раз точно виделась! – согласился Матвей.

Ирка поморщилась. Циничных шуток она не любила.

– Я не об этом! Зачем придуриваться, зачем делать ошибки? Она же умнейшая женщина!

– Мамзя! Мамзя она! – передразнил Багров.

С потолка на колени Матвею упала муха, дрыгнула лапкой и затихла.

– Надо же! – сказал Багров, поднимая ее за крылышко.

 – Муха прожила длинную интересную жизнь, а сейчас ей отчего-то вздумалось умереть. Не иначе как Мамзя наложила на нее свою косу!

– Осторожно! Мамзей ее могут называть только очень близкие люди, – серьезно предупредила Ирка.

– Такие, как ты? Еще бы: заместительница самой Мамзелькиной!

– Я не буду ничьей заместительницей! Пусть ищет себе другого «младшего менагера»! – сказала Ирка. В ее голосе было столько терпения, что Матвей почувствовал: она едва сдерживается.

– Нашла уже! Ты использовала свою косу раз пять!

– Три раза. И всякий раз это было животное, которое очень страдало!

– Палач страдающих зверушек! Милая социальная работа! – заявил Багров. – Мамзелькина тебя прикармливает. Понимаешь, да? Специально не спешит обрывать жизнь этих зверушек, потому что за животных ей не так влетает! А однажды, когда ты набьешь на страдальцах руку, она подбросит тебе человека. Тоже для начала страдающего и просящего прервать его мучения.

– Уйди! Пожалуйста… – Ирка попросила это шепотом, так тихо, что Матвей даже не сразу расслышал.

– Что? Куда уйти? – переспросил он удивленно.

– Куда хочешь… хоть на час… мне тяжело, а ты меня добиваешь… Я тебя люблю, но дай мне совсем немного от тебя отдохнуть… – повторила Ирка.

На Багрова она не смотрела. Только на щенка. Казалось, она просит уйти его. Но щенок остался, а Матвей встал, резко повернулся и вышел.