Корона Мореев

На этот раз у него получилось, хотя вода доходила почти до ноздрей. Сделав еще несколько десятков шагов в кромешной темноте и ориентируясь на призрачный огонек, Айван ощутил, что дно понемногу поднимается, и через пару минут он, по-прежнему с рюкзаком в руке, едва не упал, споткнувшись о скрытые под водой ступени. По ним Декстер поднялся на сухую каменную площадку. Свет или точнее слабое голубоватое свечение шло от большого колодца, вырезанного в этой площадке. Внутри находилось вещество, которому было бы довольно трудно дать точную характеристику – нечто среднее между голубым туманом и ртутью.

Время от времени субстанция поблескивала, по ней пробегали едва заметные серебристые искорки. Декстер подошел к колодцу и несколько минут внимательно вглядывался в него, размышляя, не снится ли ему все происходящее. Негромкий шум сзади отвлек его. Обернувшись, Айван сразу понял причину – это был всплеск прибывающей воды, которая почти подобралась к каменной площадке. Видимо, начавшийся дождь ускорил затопление пещеры. Отступать было некуда. Айван медленно вернул рюкзак на спину и встал у края колодца. Он стоял так несколько секунд, а затем решительно шагнул вперёд. Центр круга резко вспыхнул по периметру ярким голубым светом и словно зыбучие пески втянул в себя Айвана.

Когда он снова открыл глаза, то увидел, что лежит на том же самом каменном круге. Только теперь свечение и загадочная субстанция исчезли. В памяти остались обрывки от падения в световой колодец – слепящие сгустки света, вспышки и цветные полосы.

Голова немного гудела. Осмотревшись, Айван заметил в конце каменной площадки, на которой он сидел, вырубленные в скале ступени и полосу света над ними. Он осторожно поднялся по лестнице и остановился перед узким сводчатым проходом, сложенным из тонкого бурого кирпича. Свет шел именно отсюда. Декстер тихо двинулся вперед и через десяток шагов оказался в помещении с двумя окнами на противоположных стенах и мозаичной картиной в форме круга – сверху под солнцем над рекой летел на крылатом, похожем на грифона животном всадник; снизу этот же всадник на грифоне шел вброд по реке. Все внутри носило признаки разрухи – покрытый битым кирпичом пол, грязные истерзанные стены. В углу лежали еловые ветки, которые уже стали засыхать. Айван прислушался, но вокруг был лишь вой ветра. Он тихо снял рюкзак и, поставив его на пол, осторожно выглянул из окна, которое, как выяснилось, смотрело на внутренний двор разрушенного замка или крепости.