Обещание Гарпии

Ещё небось ночь. И луна… И крестьянский мальчик идёт с упитанной лошадью один-одинёшенек…

Стожар заинтересованно повернулся к эксперту:

– Как всё сложно, дохлый хмырь! А если что-нибудь совсем детское? Например, «Зайку бросила хозяйка»?

– Не-е-ет! – забеспокоился Тибальд. – Зайка. Ночь. Луна. Кто питается зайками? Продолжить ряд?

– Тогда, может, колыбельную? «Баю-бай, поскорее засыпай»?

– Ни в коем случае! – толкая стожара локтем, зашипела Любора. – Не помнишь, чем она кончается? «Придёт серенький… кгхм… и укусит за бочок!»

Филат захохотал.

Он свесился с ручки кресла животом, как кот. Потом соскользнул на пол – мягко и бесшумно, будто упавшее полотенце.

Настасья заявила, что ночь предстоит трудная и потому у неё есть интересная идея. Она немного поспит, а остальные покараулят. Потом она покараулит, а остальные поспят. И, не дожидаясь ответа, мгновенно заснула. Две секунды спустя все слышали только её тихое сопение.

– Какая чудесная способность! – позавидовала Любора. – А я вот не могу уснуть, пока не поем! – Левой рукой она наглаживала Тибальда за ушами, а правой закрывала ему глаза, чтобы его не тревожил лунный свет.

– Поесть? Убоись! Зачётная мысль! – воодушевился Бермята и ползком отправился искать холодильник. Непоседливый стожар из любопытства пополз за ним. Через некоторое время послышался звук удара лбом о железную дверцу, после чего кто-то назвал кого-то криптогамным зоопланктоном.

Вспыхнула узенькая вертикальная полоска света – это Бермята приоткрыл в темноте холодильник.

Пару минут спустя полоска света исчезла, а Филат с Бермятой вернулись с кучей трофеев.

– Называют себя вегетарианками, а у самих холодильник набит колбасой! – восхищённо сказал Бермята.

– Разве называют? – усомнился стожар. – Вегетарианка у них только Окипета, да и то по настроению. А вот Келайно вообще почему-то ничего не ест. Поэтому от неё на всякий случай прячут всех соседей. Но не будем волновать нашего лунного друга! А то ему сейчас снова представятся ночь и луна.

Тибальд беспокойно зашевелился и издал краткий жалующийся скулёж, который издают волк или крупный пёс, когда хотят выгрызть из шерсти насекомое. Все поудобнее разместились на полу и начали есть. Вскоре к ним примкнула проснувшаяся Настасья.

– Ну всё! А теперь тишина! Распределяемся по квартире, слушаем и молчим, а то спугнём его, если полезет! Сигнал тревоги – четыре жёлтые искры в голову гаду! – сказала Любора.

– Почему жёлтые? – спросила Ева.