Самый лучший враг

Чудовище кричало, ударяло по асфальту кулаком – и опять, атакуя златокрылых, в небо летели машины. Потом оно замирало с рассеянным выражением на лице, точно вслушиваясь во что-то, происходившее у него внутри. Ревело. Опять бросалось всё ломать и крушить. Это был гнев, но гнев, лишенный последовательности. Сквозь него проступали одиночество и растерянность.

Ирка перебежала к рекламному щиту. В щите, пробив его, застряла автомобильная дверь, причем застряла так, что можно было выглядывать наружу прямо через ее частично сохранившееся стекло.

За тем же щитом прятался и Шилов. Край гибкого меча полз за ним по асфальту как змея.

– Чувствуешь? – прошептала Ирка.

– Да. Ярость и страх! – сразу отозвался Виктор.

– Нет. Оно не только боится. Оно и надеется! Оно пришло за помощью, но не к нам, – сказала Ирка. Она сама не смогла бы объяснить, откуда пришло к ней это знание, но чувствовала уже, что рунку против чудовища использовать не будет. Хотя, скорее всего, рунка тут и не помогла бы.

Шилов хмыкнул:

– Только посмотрите, какие мы чуткие. Ну тогда почему «оно»? Ты что, не поняла еще, кто перед тобой?

– И кто?

Паж Прасковьи, не отвечая, качнул длинным клинком, и тот сложился петлями. Вскинув над головой руку, бывший тартарианец убрал его в ножны.

– Соваться не буду. Я себе не враг… Я с титаном не справлюсь. И златокрылые тоже… Их маголодии для него – как с булавкой на слона идти…

– На ТИТАНА? – уточнила Ирка.

– Да, – сказал Шилов.

 – На кого ж еще? Под землей, очень глубоко, есть расщелины. Трещины в земной коре. Там они и сидят.

– Разве титаны не за Жуткими Воротами в Тибидохсе?

– Не все. Многие – да, но некоторые затаились в расщелинах. Порой что-то их сердит и они начинают проламываться сквозь скалы. Землетрясения тогда происходят, цунами и так далее.

– Зачем проламываются?

– Не знаю, – сказал Шилов. – Но такое ощущение, что что-то ищут. Эй! Ты куда?

– Поближе посмотрю!

Ирка уже скользила по асфальту как уж.

За ней, ворча, что он не нанимался спасать самоубийц, полз Шилов. За Виктором, подражая ему, спешил Зигя. Полз малютка смешно, высоко вскидывая таз, и машины приподнимались, когда он ухитрялся заталкиваться под них своей мощной спиной.

Ближайшим после рекламного щита надежным укрытием была перевернутая «Газель». Зигя, слишком крупный, чтобы прятаться под «Газелью», полез в кузов и обнаружил, что грузовичок перевозил шоколад.