Стрекоза второго шанса

Глава 4

Донна Жуава де Бурбон

Мне приходилось быть очевидцем, как на войне некоторые, боясь голодной смерти, брали с собой на спину мешки с сухарями, чтобы продлить свою жизнь, а не сражаться с врагом; и эти люди погибали со своими сухарями и не видели многих дней. А те, которые снимали гимнастерки и сражались с врагом, оставались живы».

    О. Алипий[1 - Цит. по: Архимандрит Тихон «Несвятые святые» и другие рассказы.]

«Маркиз дю Грац схватился за шпагу. Его давняя пассия донна Жуава де Бурбон, пудря нос, спешила укрыться за шторой.

Черный человек ударил по шторам зонтом. Донна Жуава, бездыханная, повалилась через окно в розы. Алая подвязка на бледной ноге пылала, как бутон.

Черный человек с зонтом демонически расхохотался. Он бросился на маркиза дю Граца, но тот, ускользнув, набросил ему на зонт плащ. Удар плашмя по руке – и зонт упал на землю.

Обезоруженный черный человек заскрежетал зубами. Шпага маркиза дю Граца плясала у его горла.

– Вы не убьете безоружного! – поспешно сказал черный человек.

Его пальцы, как пауки, крались к кинжалу.

– Так и быть: донну Жуаву я вам прощаю! Она врала, постоянно опаздывала и обижалась по пустякам! Но трех вещей я вам простить не могу! Первая: то, что вы родились. Вторая: вы встали на моем пути. Третья: вы оскорбили девушку, которой я покровительствую! Это донна Ринья де…»

В спину ее толкнули сумкой. Звякнули банки.

– Девушка! Вы выходите?

– Да чего там спрашивать? Все выходят, и она выходит!

Рину вынесли на платформу.

Она стояла, поспешно застегивая куртку, и пыталась «включить реальность». Всю обратную дорогу от Москвы она расправлялась с Долбушиным и в общей сложности прикончила его раз шесть. Самой эффектной была смерть, когда пронзенный тремя рапирами и заживо поедаемый великанскими муравьями Долбушин обрушивался с Ниагарского водопада на плот с бочкой пороха.

Возвращаться в электричке в час пик – это кошмар. Ну а что еще делать, когда, захватив «Царевну-Лебедь», ведьмари отключили им сирина и перекрыли телепортации? Подмосковная станция жила своей обычной зимней жизнью.

Бабка в тулупе на стащенной из супермаркета тележке возила четыре огромных термоса и продавала чай. Замерзшая Рина купила чай и стала греть руки о пластиковый стаканчик.

– Позвольте вам помешать! – раздался вежливый голос.

Она подняла голову. Увидела лиловый носик и лыжную шапку. Лет тринадцать-четырнадцать.

– Ну мешай! – разрешила Рина.