Светлые крылья для темного стража

При этом она обязательно что-нибудь роняла. Начинала поднимать, пыхтеть, громко выражать недовольство, и всем этим ярко обозначала свое присутствие в мире.

Воспоминания Мефа прервал шорох. Он оглянулся и увидел двух надушенных суккубов, пробиравшихся под лесами. Обнаружившийся у них на пути Буслаев оказался для суккубов полной неожиданностью. Один зашаркал ножкой. Другой, знавший, что Меф никакой уже не наследник, принялся хорохориться и выпячивать грудь, но беспричинно струсил и тоже зашаркал ножкой.

Поняв, что он замечен и отступление невозможно, Меф толкнул дверь канцелярии.

Пятое измерение впустило его неохотно. Несколько секунд оно приглядывалось к Буслаеву как к чужаку, с подозрением ощупывая его, как слепец ощупывает пальцами лицо нового человека.

Эти несколько томительных секунд Буслаев видел обшарпанные стены и строительный мусор дома, пребывающего в состоянии хронического ремонта. Наконец Меф ощутил упругое дуновение иной реальности. Мир сгущенных красок и пляшущих теней надвинулся на него.

Вот длинные заваленные пергаментами столы, вот скучные канцелярские шкафы с папками, а вот и лицемерно хлопающий глазками портрет Лигула. Все прежнее и все уже чужое.

Из сотрудников в канцелярии находились только Улита и Чимоданов. Мошкин и Ната куда-то слиняли. По этому признаку Меф определил, что шефа нет, и немного расслабился.

Чимоданов встретил Мефа равнодушно, хотя не виделись они уже довольно давно. Петруччо сидел за столом и что-то быстро строчил, часто окуная перо в чернильницу.

На нем была короткая, собственного изготовления жилетка, вместо ниток прошитая кожаными шнурами.

– Проекты составляет. Повышает коэффициент общего негодяйства… Совсем этот Лигул забодал всех бонусной системой! – пояснила Мефу Улита.

Ведьма взмахнула печатью мрака и очередной проштампованный суккуб затрюхал к дверям, потирая лоб.

– И чего ты, птенчик, сюда залетел? – поинтересовалась она у Мефа.

– За вещами.

– А-а… Ну-ну! – сказала Улита насмешливо и встала, чтобы взять с полки папку, переплет которой тоскливо слезился человеческим глазом.

– Видок у тебя одичалый! Что твоя светлая, не вернулась еще? – поинтересовалась она.

– Нет.

Ведьма фыркнула.

– Ты смотри, чтоб она там не поумнела в Эдеме! Девушкам вредно быть умными. По себе знаю. Это угнетает репродукцию и плохо влияет на общее течение влюбленностей.

Меф мысленно толкнул Улиту сзади под колени. Этот фокус он отработал давно.