Третий всадник мрака

Она принялась звонить бабушке по мобильному, но Бабаня не отвечала. Ее мастерская находилась в полуподвале с такими толстыми стенами, что мобильник принимал, только когда она случайно оказывалась у окна.

Решив, что самое разумное будет выбраться к соседям, Ирка стала быстро крутить колеса коляски, а монитор все вспыхивал, выплевывая новые строчки.

Anika-voin: Эй, ты чего? Взбесилась?

Miu-miu: Куда она делась?

Anika-voin: А если на нее правда напали? Вызовем милицию?

Miu-miu: Ага! Позвоним и скажем: «У юзера Rikka с неизвестным нам ай-пи-адресом кто-то стонет на кухне! Когда мы предположили, что у чувака бензопила, она назвала нас «идиотами» и смылась куда-то».

И представимся: Anika-voin и Miu-miu.

Anika-voin: Ты болван! Берет пулемет и стреляет.

Miu-miu:защищается сковородкой.

Anika-voin: Скороводку пули пробьют.

Miu-miu: Фигушки. Смотря какая сковородка.

Ирка торопливо перемещала рычаги, приводящие в движение колеса. Коляска ехала в полумраке коридора почти бесшумно, но Ирке чудилось, что ее выдают удары сердца – гулкие, хаотичные, точно внутри располагался обтянутый кожей бубен.

Она уже угадывала входную дверь, которая была темнее стен. Открыть замок, затем засов, толкнуть дверь вперед – ни в коем случае не сильно, чтобы она не ударила о стену, – и осторожно выехать. Вставить снаружи ключ, провернуть на один оборот – и тогда тот, кто в кухне, не сумеет последовать за ней. Она окажется в безопасности и доберется до соседей.

Правда, самое страшное впереди: от кухни до двери ведет короткий коридорчик – шага три-четыре, не больше.

И дверь из кухни просматривается прекрасно. Одна надежда на темноту. Если глаза того, кто забрался на кухню с более светлой улицы, еще не привыкли к темноте, у нее есть шанс.

Повторим еще раз: замок – засов – вытащить ключ – выехать – вставить снаружи ключ – закры…

Но прежде чем цепочка завершилась, мир дрогнул. Ладонь потеряла рычаг, натыкаясь лишь на резиновую упругость шины, а в следующий миг теплый линолеум ударил Ирку по щеке.

Ирка лежала, недоуменно созерцая перевернувшийся мир. В голове гудело. Она слишком поздно сообразила, что зацепила край обувного шкафа, который обычно старательно объезжала. Темнота из друга стала врагом.

Понимая, что шумом безнадежно выдала себя, Ирка торопливо поползла и, как улитка раковину, потащила за собой коляску. Ее бесполезная предательская ступня – как же Ирка ее ненавидела в этот момент! – разумеется, угодила между спиц.