Танец меча

На правой щеке примятость с оттиснувшимся перстнем. Такое случалось с Улитой, когда, рыдая, она терла лицо рукой с кольцами. На полузакрытых веках – свинцовые, спешно наложенные тени.

«От лука так не плачут!» – подумал Эссиорх со смущением.

Он знал, что Троил не из тех, кто будет мчаться из Эдема в ночную Москву, чтобы довести до слез не до конца завязавшую ведьму. Значит, дело в другом.

– Давно вы здесь? – спросил Эссиорх.

Троил перевел взгляд на висевшие в кухне часы. Они жили в полной тишине, но раз в минуту резкий и внезапный щелчок бросал вперед минутную стрелку.

– Где-то с одиннадцати. Между прочим, они на полторы минуты спешат.

«Пять часов! Улите-то, понятно, не до того было. Но Корнелий мог бы со мной связаться! Ну и схлопочет он у меня!» – подумал Эссиорх.

За окном кто-то закричал совой. Сове откликнулся зовущий самку лось. Тут же с соседнего чердака торопливо закрякала уточка.

Троил засмеялся.

– Для центра Москвы больше подошли бы милицейская сирена и лязг мусорных машин… Мальчики играют в секретность.

– Трое плюс грифон.

Троил кивнул.

– Все правильно. Ты заметил только тех, кого требовалось заметить. Держи! Готово!

Генеральный страж подбросил яичницу на сковороде и мгновенно поймал ее в подставленную тарелку. Эссиорх не рискнул бы повторить то же самое без тренировки. Мастер – он во всем мастер.

Троил стоял и, скрестив на груди руки, наблюдал, как Эссиорх ест яичницу.

– Ну и живешь ты, однако! – рассуждал Троил. – Масла растительного – нет. Картошки – нет. Томатной пасты тоже нет. Пришлось златокрылых в магазин гонять, а у них только царские червонцы… В общем, приключение. Что скажешь в свое оправдание, хранитель Эссиорх? Когда ты в последний раз заглядывал в холодильник?

– Ну… э-ээ… давно… – замялся Эссиорх, смущаясь признаться, что Улита таскает из ресторанчиков обеды.

– Вот и я о том же! – удовлетворенно произнес Троил. – Лучшее оправдание – вовремя сделать телячьи глаза! Всем кажется, что, наплевав на себя, мы автоматически делаем свету огромное одолжение.

Эссиорх засмеялся. Даже когда Троил ворчал, от него исходила любовь, наполнявшая и согревавшая всех, кто находился поблизости. В такие минуты ничего другого не хотелось: только быть рядом и чтобы на тебя вечно ворчали.

– Доел? Идем!..